Милая плутовка

А она, услышав столь оригинальное мнение, позабыла о всякой робости и ощетинилась, готовая запустить драгоценную вазу в Уоррена.

— Женщин вообще — да, но сестры подпадают под другую категорию, — попытался найти компромисс Дрю. — Не понимаю, отчего ты так взбесился.

Когда Уоррен демонстративно отвернулся, не желая отвечать, Бойд объяснил:

— Он только вчера приплыл, но, как только ему рассказали, какой номер отколола сестра, сразу же стал готовить корабль, чтобы отплыть сегодня… Естественно, в Англию.

Джорджина выглядела ошеломленной.

— Ты и в самом деле собрался искать меня, Уоррен?

Нервный тик на левой щеке Уоррена сказал о многом.

По всей видимости, ему очень не хотелось, чтобы все знали, как он тревожился о сестре; наверное, больше, чем все остальные, вместе взятые. И он не стал отвечать на вопрос Джорджины, как не ответил и на вопрос Дрю.

Но Джорджине ответ и не требовался.

— Что ж, Уоррен Андерсон, это самое лучшее, что ты когда-либо сделал для меня.

— О черт возьми! — простонал он.

— Не смущайся! — Джорджина улыбнулась. — Здесь все свои, и никто, кроме членов семьи, не узнает, что ты не такой суровый и черствый, каким тебе хочется предстать в глазах людей.

— Не оставлю живого места на тебе! Обещаю, Джорджи!

Однако Джорджина не восприняла эту угрозу всерьез — возможно, по той причине, что произнесена она была без особого жара, — и в ответ лишь ласково улыбнулась.

И тогда тишину нарушил Бойд, который напустился на Дрю:

— А что, черт побери, ты имел в виду, когда говорил, будто у нее было много переживаний?

— Она нашла Малкольма.

— И что?

— Ты ведь не видишь его рядом, не правда ли?

— Ты хочешь сказать, что он отказался жениться на ней? — недоверчиво спросил Бойд.

— Хуже того! — рявкнул Дрю. — Он женился лет пять тому назад.

— Как, этот…

— Сукин сын!

— Подонок!

Джорджина заморгала глазами, почувствовав гнев в голосах братьев. На сей раз гнев адресовался не ей. Этого она не ожидала, хотя следовало бы, ведь она знала, как любовно и покровительственно относились к ней братья. Можно представить, что они скажут о Джеймсе, когда дело дойдет до большой исповеди. Господи, лучше не думать об этом!

Братья продолжали энергично выражать свое мнение О Малкольме, когда внезапно в комнату вошел средний брат.

— Не могу в это поверить! — произнес он, и глаза всех присутствующих устремились на него. — Все пятеро дома в один и тот же момент! По-моему, такого не случалось по крайней мере лет десять!

— Томас! — воскликнул Клинтон.

— Черт возьми, Том, ты плыл буквально по моим волнам! — сказал Дрю.

— Вроде того. — Томас хмыкнул. — Я засек тебя возле Виргинских островов, но снова потерял из виду. — Затем он переключил внимание на Джорджину, видимо, удивившись, что она сидит за столом Клинтона.