Милая плутовка

— Ты не можешь уехать от меня!

Шестеро членов команды оттеснили Джеймса к борту, однако это, похоже, не способно было его остановить. Дурачина, ведь его сейчас сбросят в реку!

Джорджина уже была сыта по горло указаниями о том, что она может и чего не может делать.

— А почему я не могу уехать от тебя?

— Потому что я тебя люблю!

Джеймс даже не сделал паузы и прокричал эти слова, нанося очередной удар. А вот Джорджина застыла и затаила дыхание, ее колени подогнулись, и она едва не опустилась на палубу, не веря услышанному.

— Ты слышал это? — шепотом спросила она Уоррена.

— Весь порт слышал, — прорычал Уоррен. — Но это не имеет никакого значения. Глаза Джорджины округлились.

— Да ты шутишь! Это единственное, что имеет значение, потому что я тоже его люблю!

— Ты и о Камероне мечтала! Ты сама не знаешь, кто тебе нужен.

— Я не такая как эта, твоя, Уоррен! — Он отвернулся при упоминании имени женщины, которая обманула его, именно поэтому он с таким недоверием относился с представительницам прекрасного пола. — Я знаю, что ты хочешь сделать как лучше, но поверь мне: Малкольм был моей детской мечтой! Джеймс — моя жизнь! Он — это то, к чему я всегда стремилась! Не нужно больше меня удерживать, прошу тебя.

— Что же, по-твоему, мы должны отступить и позволить ему забрать тебя? Ведь ему именно это надо. Мы никогда тебя больше не увидим, если он все сделает по-своему!

Джорджина улыбнулась, поняв, что ей удалось поколебать брата.

— Уоррен, он любит меня… Ты сам слышал его слова. Я постараюсь, чтобы все обошлось хорошо, но ты позволь мне это сделать… Ты ведь только осложняешь ситуацию…

— О Господи, — с неохотой произнес Уоррен, — делай как хочешь.

Она издала радостное восклицание, быстро обняла его, а повернувшись… врезалась в каменную стену."

"— Так ты любишь меня, да? Джорджина выразила удивление, каким образом он оказался здесь. Несколько громких стонов, доносившихся с нижней палубы, были достаточно красноречивы. Ее нисколько не беспокоило то, что он, по всей видимости, слышал, что она говорила брату. Джеймс сжал се в своих объятиях, она обвила его руками.

— Ты не будешь вопить на меня в присутствии моих братьев?

— Я и не думал об этом, малышка. Однако сказал он это без улыбки, и, судя по выражению его лица, мысли его были далеко. Она ахнула, когда он поднял ее и повернулся, чтобы покинуть и ют, и судно вообще.

— Было бы гораздо лучше, если бы это не выглядело так, будто ты похищаешь меня, — сказала она.

— Но я же похищаю тебя, милая девушка. Ладно, пусть так. Она и не считала, что дальше все будет очень легко.

— По крайней мере пригласи их на обед.

— Черта с два!

— Джеймс!

Где-то в глубине его груди послышалось глухое рычание, но затем он остановился и повернул голову назад.