Милая плутовка

 — Оставь свои рыцарские замашки, Конни. Эта маленькая плутовка может быть хоть принцессой, но сейчас она юнга и юнгой останется до тех пор, пока я этого хочу. Она сама выбрала себе роль, и я намерен позволить ей эту роль играть.

— Как долго?

— До тех пор, пока у меня хватит терпения. — Увидев, что шотландец отпустил свою жертву, Джеймс добавил: — Черт побери, даже без зуботычины обошлось! Я бы на его месте…

— Переломал бы ему кости, я знаю. — Конни вздохнул. — Мне кажется, ты слишком близко к сердцу принимаешь случившееся.

— Дело не в этом. Никто не может обидеть женщину в моем присутствии и затем безнаказанно уйти.

— Похоже, у тебя появились новые взгляды с началом нашего путешествия. Ну-ну, Джеми, — добавил Конни примирительно, увидев, как Джеймс резко повернулся к нему. — Ты бы оставил подобные грозные взгляды для членов команды, которые могут… Ну да ладно, — оборвал он себя, когда Джеймс сделал шаг в его сторону. — Беру обратно свои слова… Стало быть, ты защитник всего женского рода.

— Ну, я бы не пошел столь далеко в утверждениях…

— Я бы тоже, если бы ты не был сегодня таким обидчивым. — Веселый тон снова вернулся к Конни.

— Обидчивым? Я? Считать меня обидчивым только потому, что я хочу, чтобы тот, кто ударил женщину, получил по заслугам?

— Должен снова указать тебе на такую мелочь:

Тиддлз понятия не имел, что бьет женщину.

— Хорошо, принимаю к сведению. В таком случае, избил ребенка. Этого я тоже не в силах вынести. И прежде чем ты начнешь защищать этого подонка, объясни мне, почему он не потребовал, чтобы Макдонелл не путался у него под ногами?

Конни вынужден был признать:

— Осмелюсь предположить, что он обошел бы Макдонелла стороной.

— Именно! Поэтому шотландец меня явно разочаровал тем, что ограничился простым внушением.

— Думаю, девчонка сама этого хотела.

— Это не имеет значения. Дело не в ее желании. Когда я увижу мистера Тиддлза в следующий раз, было бы лучше, чтобы в его руках находился молитвенник.

Впрочем, к религиозным книгам Джеймс не прибегал. А вот чистить пемзой закоулки на палубе мог заставить. Ползание на коленях по рассыпанному песку с кусочком пемзы в руках считалось одной из самых неприятных работ на судне.

— Ты хочешь заставить его драить безупречно чистую палубу? — уточнил Конни.

— Не менее чем в течение четырех вахт подряд.

— Черт побери, Хоук! За шестнадцать часов ползания по песку у него на коленях живого места не останется! Да он всю палубу кровью испачкает!

Однако это не поколебало решимости Джеймса.

— Верно. Зато останутся целыми кости.

— Надеюсь, ты понимаешь, что это вызовет у него еще большую неприязнь к юнге.

— Ничего подобного. Я уверен, что ты сможешь найти какой-нибудь повод, чтобы применить это мягкое наказание. Например, непорядок в одежде.