Минус на минус

Ты только не волнуйся: мы посадим тебя в комнату, запустим туда Алекса, закроем на всю ночь и посмотрим, что будет.

– Нет, я не согласна! У меня мать, семья… Я не могу сейчас умирать!

– Э-э… вообще-то в моем представлении, ты бы не умерла даже при худшем стечении обстоятельств… ладно-ладно, не красней! План номер два. Мы ничего не рассказываем Алексу, улетаем на шабаш…

– А если узнает? – подозрительно спросила я.

Поля тяпнула еще стопочку, крякнула, занюхала моим роллом и ответила:

– Что значит, «если узнает»? Он – заклинатель, шанса спрятаться от него у тебя нет! Но в этом плане есть и свои плюсы! Когда он обо всем узнает, мы будем уже далеко! Знаешь, как сейчас хорошо на Фиджи?

– Блин, Полина.

 – Я со вздохом подперла кулаком щеку. – У тебя странные варианты, и оба заканчиваются печально. А давай мы просто не полетим на шабаш? Тогда ведь все будет хорошо?

– Нет, не будет! Ты просто умрешь от руки матери, а не сводного брата, – фыркнула готесса. – Ладно… шабаш когда? В субботу? А сегодня среда. У нас в запасе еще куча времени, чтобы что-то придумать. А пока веди себя аккуратно и послушно, не привлекай внимания.

Усыпляй бдительность врага, так сказать. Скоро это может пригодиться…

Эх, хорошо бы она еще сказала, как именно это следует делать, а то у меня иногда появлялось чувство, что Алекс нарочно испытывал мое терпение. Тем вечером я вернулась домой, когда не было еще и десяти. Даже Егор не успел разволноваться! Аккуратно провернула ключ в замке, вошла на цыпочках в прихожую, свет на всякий случай не включала. И тут в темноте откуда-то с лестницы раздалось мрачное:

– Ты где была?!

Честное слово, я едва не поседела!

– С Полиной встречалась, – пролепетала, не задумываясь, и только потом рявкнула: – А с чего это ты меня допрашиваешь?!

– Это я еще даже не начинал, – грозно усмехнулся братец.

 – Скажи, что она до сих пор ничего не знает!

– Твои несправедливые подозрения оскорбляют меня до глубины души! – Я задрала нос повыше, перехватила сумочку и попыталась проскользнуть мимо него по лестнице. Хорошо, что в коридоре все еще было темно, и Шурик не видел, как пылают мои щеки. Я никогда не умела правдоподобно врать.

– Стоять, сестренка! – Словно почувствовав неладное, он выставил руку и преградил мне путь.

 – Никаких неожиданностей не будет?

– Конечно нет! – рыкнула я. – О какой неожиданности может идти речь, когда ты, кажется, готов ожидать от меня даже вызова четырех Всадников Апокалипсиса?! Как я в таком случае смогу тебя удивить?

И ушла к себе, чеканя шаг, словно бравый солдат на полигоне. Алекс остался на лестнице, сверля мне спину напряженным взглядом. Вздохнуть посвободнее удалось только в комнате. Я рухнула на кровать и попыталась успокоиться.