Минус на минус
Когда тебе шестнадцать, а твоя мама вдруг решает круто изменить свою жизнь и выйти замуж – это стресс. Если к тому же у новоявленного отчима обнаруживается трое взрослых сыновей от первого брака – это уже шок. А если вы с мамой ко всему прочему потомственные ведьмы, о чем новая семья никогда не должна узнать, – идея приобретает оттенок катастрофы. Впрочем, и ее можно пережить! Особенно если вспомнить, что общая беда сближает, и привлечь на помощь тех, на кого в ином случае ни за что не решилась бы положиться. А уж с выбором подходящей «беды для сближения» трудностей не будет. Главное – с приоритетами не ошибиться!
Шурик фыркнул, закатил глаза и внезапно спросил:
– Тогда, может, встанешь уже на ноги? – Я ошалело хлопнула ресничками: чего?! – Поезд дальше не идет. Слезай, говорю!
И только сейчас до меня дошло, что Алекс стоял у берега, где воды было буквально по пояс, и на вытянутых руках держал скрюченную меня. И ведь не отпускал же… Вел себя исключительно по-джентльменски. Может, от того, что семья с любопытством поглядывала на нас с берега, а может – потому что и правда пытался помочь.
Вот здесь бы мне мяукнуть что-то повежливее и удрать на сушу, под крылышко Егора с Полиной.
– Кажется, у тебя синяк будет, – отметила философски.
Братец скрипнул зубами:
– Да, это кто-то выразил мне признательность за спасение. На каком-то непонятном языке.
– Но ты же пытался меня утопить!
Вместо ответа Алекс закатил глаза и резко развел руки в стороны. Я сложилась пополам и бухнула в воду попой вниз. А неудавшийся и, очевидно, обидчивый киллер аккуратно переступил мою барахтающуюся тушку и со скучающей рожей выбрался на берег.
Мне стало очень-очень стыдно. Настолько, что когда Полина все же вытащила меня на траву, я даже не смогла внятно объяснить причину своего странного поведения. Только буркнула, пытаясь оправдаться:
– Он назвал меня ведьмой!
– И что?! – изогнула бровь готесса. – Меня так каждый второй называет, особенно когда я при параде.
– Не равняй, Полина! У тебя на роже написано, что ты – реально ведьма. Даже я долго не могла поверить, что у тебя нет активных сил. Тебя обозвать – считай, что факт констатировать.
– Это я-то реальная ведьма?! – как-то чересчур угрожающе повторила подруга.
Я отмахнулась и, вскочив, начала нервно вышагивать по примятой траве.
– А вдруг он догадался?! Вдруг он что-то заметил?
– Что, например, Ева? – Поля сидела рядом, провожая меня раздраженным взглядом. – Ты ведь не пользовалась при нем магией.
– Ну…
– Ты пользовалась при нем магией?!
– Не при нем! При Гаспаре!
– Че-ерт… Ева, ты чем думала?!
– Я была уверена, что никто не увидит!
– А он увидел?
– Не знаю! Но он меня ведьмой обозвал!
– Так, стоять, коняшка.
– С воплями броситься за линию горизонта? – с сомнением прошептала я.
– Именно! А что сделал он?
– Что?
– Придумал тебе новое ругательство! Это о чем говорит?
– О чем?
– Блин, Ева! – не выдержала подруга.





