Мир, где нет тебя

– Именно поэтому в свои сорок пять я ношу сорок шестой размер.

– Сорок пять? По всей видимости, ты была очень молодой мамой.

– Иди отсюда, пакостник, – фыркнула на него Любовь Аркадьевна и на всякий случай грозно нахмурилась.

Иван рассмеялся, а из-за стола на самом деле поднялся.

– Пойду, – согласился он. – На работу надо. – Потрепал Соню по волосам. Попросил: – Ешь, не слушай их.

– Спасибо, дядя Ваня. Вкусные блинчики!

– А то, рука мастера, – хмыкнул Иван, Лане подмигнул и направился к выходу. В дверях обернулся и одними губами проговорил: – Позвони.

Лана кивнула.

Любовь Аркадьевна проводила бывшего зятя красноречивым взглядом, после чего фыркнула.

– Это надо же, не поверить моим словам про возраст. Лана, я выгляжу старухой?

– Мама, ты отлично выглядишь. Ты же знаешь, что Ваня шутит. К тому же, он отлично знает, сколько тебе лет. Зачем ты ему врёшь?"

"– Я не вру! Просто человек выглядит на тот возраст, на который себя запрограммировал. Я же не утверждаю, что мне тридцать! Хотя, так себя и чувствую. – Любовь Аркадьевна присела за стол с чашкой зелёного чая. Покосилась на тарелку с блинами и тихонько вздохнула.

– Съешь, – посоветовала ей Лана. – Я один съела, поддержи меня.

– Нет уж. Пусть сам ест свои блины.

Соня вышла из-за стола, липкими руками отнесла в раковину грязную тарелку, и кинулась мыть руки и умываться, после просьбы Ланы. А когда она выбежала из кухни, Любовь Аркадьевна тут же повернулась к дочери и живо поинтересовалась:

– Ваня ночевал здесь?

– Мы поздно вернулись, – попыталась вывернуться Лана.

– Интересная была ночь? – невинно переспросила мать.

Лана лишь головой качнула, в ответ на её неприличные предположения.

– Мы катались на яхте по Волге. И больше ничего предосудительного.

– А кто тебя судит? Провели хорошо время, и замечательно.

– Да, – негромко отозвалась Лана. Побарабанила пальцами по столу. Затем сказала: – Утром я говорила со Славой. Первый нормальный разговор за несколько недель.

– И что он тебе сказал?

– В том-то и дело, что ничего. Спокойный разговор ни о чём.

– Ого. – Любовь Аркадьевна взглянула на дочь с интересом. – Славик опомнился?

– Не знаю. Я пресекла его попытку заговорить об этом.

– И как он отреагировал?

– Кажется, всерьёз не воспринял. А я теперь ломай голову над тем, что он в очередной раз замыслил. В Москву звал, представляешь?

– Поедешь?

– Нет, конечно! Чтобы оказаться беспомощной на его территории? Я с ним буду общаться исключительно через Харламова. Так просто он меня не проведёт.

– Ты не хочешь ехать или на самом деле опасаешься?

Лана немного растерялась от такой постановки вопроса, едва заметно пожала плечами.

– Наверное, не хочу.