Миры Филипа Фармера. Том 04. Больше чем огонь. Мир одного дня

Но зрелище манхэттенских «Мэнглеров», проигрывающих 5:4 род-айлендским «Петушкам», его не успокоило. После этого футбольного матча произошло побоище, в которое мог бы ввязаться и Чарли, будь он тогда на стадионе. Хотя полоски и не показывали свалку (десять тяжелораненых), Чарли слышал о ней по устному радио.

Теперь органики увеличат и изучат снимки, сделанные «небесными глазами», а затем зачинщиков потасовки выследят и арестуют. Арестуют и тех, кто нанес повреждения, и самих пострадавших.

Чарли выключил полоску, положил кофе в мисочку и поставил в раскаменитель.

Залил оттаявший густой кофе в фильтр и включил кофеварку, а сам стал смотреть в круглое окно на Вуманвэй. Небо ясное. Опять будет жаркий день. На улице было полно мужчин и женщин в ярких кильтах, просторных блузах с широкими плоеными воротниками и широкополых шляпах с пластмассовыми или живыми цветами.

Многочисленные пешеходы старались держаться в тени огромных дубов и пальм, растущих по обе стороны улицы. Многие велосипедисты везли в корзинках больших игрушечных мишек, а пешеходы несли мишек в руках. Мордочкам медвежат придавали сходство с близкими, супругами, любимыми, а наиболее нарциссические личности делали их похожими на себя.

Чарли потряс головой — сам он устоял против этого поветрия — и налил себе большую кружку кофе. Потом плюхнулся на стул, пролив на стол немного жидкости. С отвращением глядя в кружку (как еще можно смотреть на вещи в такую рань, в десять утра), он попытался поймать хвост вчерашнего вечера. Вернулся он очень поздно, с трудом попал лучом звезды в замочную скважину, выдул много пива и повалился спать.

А теперь вот сидит немытый, небритый и похмельный.

Чувство такое, что голову с него на какое-то время сняли и играли ею в кегли. Кровь поступала в мозг толчками, и от каждого толчка по извилинам разлетались булавки. Откуда взялась эта головная боль, которой не заслуживает и самый грешный из грешников? А, да… Отработав свое в баре, он не пошел домой, как следовало бы, а весь вечер гулял с дружками в таверне.

Никогда больше, вырвался у него покаянный стон. Никогда больше! Чарли сам удивился неистовству своей клятвы. Он и впрямь произнес ее вслух.

Он выпил еще кофе. Что это был за сон, так его беспокоивший? Чарли помнил его не лучше, чем подробности вчерашней попойки. Сейчас. Из темного тумана возникали какие-то фигуры. Он пытался поймать их, но они опять уходили в туман.

Ну, неважно. Сейчас он попьет еще кофе, потом чуть-чуть поест и поупражняется на тренажерах в гостиной. Потом, после бритья и душа, возьмет свою рапиру и маску и пойдет в квартальный спортзал. Попрыгает там часок, вернется домой, снова примет душ, оденется и пойдет на работу.