Мишка-Мишель
— Признать негодным для дальнейшего прохождения службы на прежней должности…После ранения, военно-медицинская комиссия, отправляет молодого и отважного офицера спецназа ГРУ на пенсию. Михаил находит в себе силы, чтобы начать жизнь почти с «чистого листа».
По нашу душу они прилетели, или выполняли задания своего командования, нам неизвестно. Пришлось дополнительно маскироваться, ограничить какое-либо передвижение. Двухсуточная активность турецкой стороны, вынудила нас искать другой путь отхода, в этом месте перейти границу было невозможным. Добраться же до средиземноморского побережья, по густонаселенной территории Турции, проблема наисерьезнейшая. Возвращаться назад через Сирию, опасно, вдруг сторонники Шимхани, нас ищут, а нам поневоле придется проходить мимо аула Гуран Заве. Других проходимых троп нет.
Изучив карту, связавшись с руководством операции, командир проложил маршрут через Иран.
"На территорию Ирана попали без проблем, пограничная стража несла службу откровенно слабо. В ходе изучения точки перехода, мы не обнаружили никаких технических средств контроля. Передвигались исключительно в ночное время. Днем по горам скакать не сахар, а топать ночью не сахар в тройне. Один раз в темноте, на склоне горы, неожиданно напоролись на стадо овец, спокойно переваривающее съеденную траву. Встревожились животные, блеять начали, обозначая наше присутствие.
Отойдя от границы километров на двадцать к юго-востоку, командир нам дал суточный отдых. Отсыпались, отдыхали и бдительно несли караульную службу, в положенное время. Продукты питания были на исходе, а заниматься поиском чего-либо съестного было опасно.
План эвакуации, был придуман очень оригинальный, если не говорить матерными словами. По замыслу руководства, нас через десять суток, в нейтральных водах Каспийского моря, должно подобрать гражданское судно под российским флагом, следовавшее с грузом из Ирана. Интересно, чем они там, в центре, думают? Дойдем мы, к примеру, до побережья. А как в нейтральные воды выберемся? Плавсредства и ласты с собой не несем, жабры тоже, не успели отрастить.
Командир решил пока продвигаться горами. Мы, если можно так выразиться, «умирали» от марш-бросков, по пересеченной местности, пять суток подряд. Как не бежали, а только двести пятьдесят километров, из четырехсот шестидесяти преодолели.














