Метель

За окнами по-прежнему была непроглядная ночь, радионяня не подавала признаков жизни даже треском, но внутри застыло четкое ощущение, что я услышала, что-то сквозь сон и это разбудило меня.

Включив настольную лампу я огляделась в спальне, но никого кроме спящего Баунти не нашла. Тогда, решительно поднявшись с кровати, я направилась в комнату Данияра. Он уже перевернулся на спинку, но по-прежнему мирно спал и вряд ли после дедушкиных сказок собирался просыпаться раньше утра.

Хорошо, что дом охранялся, а то бы я точно надумала себе лишнего.

Покинув детскую, я задержалась у лестницы, вместо того, чтобы вернуться в теплую постель. Все-таки я уже встала, а в голове прошла соблазнительная мысль о ягодном пироге, который испекла вечером тетя Маша. Попробую всего кусочек и спать…

С этой светлой мыслью я потуже запахнула халатик и на ципочках спустилась на первый этаж. Пирог стоял на деревянной подставке, накрытый полотенцем. Как же по-домашнему и аппетитно. Баят никогда не оставлял на столе еду. Думаю, он и Маше делал замечания, но она осталась верна себе. Или просто расслабилась, ведь он вернется с родины не раньше чем через месяц.

Вообще у меня никогда не было привычки есть по ночам. Но сейчас уплетая кусок пирога, и запивая его стаканом молока, я поймала себя на мысли, что это уже не первый раз за последние недели. Может в отсутствии Самрата такие перемены? Стресс и все такое…

Неожиданно где-то на первом этаже послышался шум, и мой рот перестал жевать. Глотнув молока, я обернулась к двери и прислушалась. Тишина. Может охрана обход делает?! Надо бы проверить, а то так и буду дергаться…

Сунув в рот последний кусочек пирога, я осушила стакан, и не успел он опуститься на столешницу, как за спиной раздался строгий баритон:

— Почему не спишь?

Сердце упало в пятки. Чуть не подавившись, я резко обернулась и застыла как вкопанная с расширенными от удивления глазами.

Секундное замешательство и я кинулась к мужчине, который своими широкими плечами занял почти весь проем. Он поймал меня в крепкие объятия и захватил в плен мои губы, которые жадно откликнулись на поцелуй мужа.

— Ты как… Ты здесь?.. — затараторила я, отлепившись от своего любимого.

От него пахло зимней прохладой и моим любимым одеколоном. Значит он только что зашел в дом, и скорее всего меня разбудила именно машина, которая привезла хозяина на территорию особняка.

Самрат молчал. Изучал меня с ног до головы с загадочной улыбкой и не торопился выпускать из рук.

— Ох, ты же, наверное, голодный! — спохватилась я и, отстранившись от мужа, поспешила к холодильнику.

Тот был забит под завязку, аж глаза разбегались, но я быстро приметила кое-что особенное. Однако не успела даже руку протянуть, как дверца вдруг хлопнула прямо перед моим носом.