Мистер Смерть и чокнутая ведьма

— А они тоже существуют?! — хрипло уточнил ученый, чье мировоззрение сейчас разлетелось на осколки.

Я промолчала. К чему лишние слова?

— Арина, почему ты мне раньше ничего не рассказывала? — как-то надтреснуто поинтересовался он.

— А ты бы поверил? Ты даже в мои экстрасенсорные способности не особо верил, хотя многое видел.

— Ты поэтому ушла от меня? Из-за невозможности быть самой собой? Устала притворяться? Но сейчас, когда я всё знаю… Тебе больше не придется придумывать, как скрываться. Может, мы начнем все снача…

— Витенька, не нужно, — попросила я.

 — Всё уже в прошлом, и давай оставим как есть. Мы были вместе, нам было хорошо. Но сейчас мы просто добрые друзья, хорошие знакомые… Не знаю, подставь нужное. Разбитое уже не склеишь.

— Арин, прости меня. Я был слепым недоверчивым идиотом, который изводил тебя… А ведь я любил, очень. Ты удивительная, восхитительная женщина. Но все эти твои штучки… А оказывается… Прости.

— Ничего страшного. Позвони Владимиру Вольфганговичу, поведай, что ты видел. И… скажи, что я тебе призналась, взяв слово о неразглашении. Ну а дальше уж сами.

Распрощавшись с Виктором, я какое-то время стояла у окна и смотрела перед собой, ничего не видя при этом.

А ведь он прав. Почему я раньше этого не понимала?

Как Витя и сказал, я не могла быть самой собой. Чуточку сумасбродной, взбалмошной ведьмой, которой нравится варить зелья и эликсиры, готовить мази. Гадать на картах и смотреть в хрустальный шар. Летать по воздуху в ступе. Собирать лекарственные растения в лесу и впитывать в себя силу природы… Чудить и беситься со своим фамильяром. Посещать изредка шабаш, чтобы пообщаться с такими же, как я… Читать наговоры и проклятья в старинных книгах, добывать их в специальных букинистических лавках и составлять свою собственную библиотеку.

Неважно, что я не использую все эти не самые безобидные знания, но информационная база должна быть как можно больше. Мало ли как жизнь повернется?

И все три моих брака… Я была «своим парнем», боевой подругой в походах, вылазках и экстремальных путешествиях, любящей женой, но сама с удовольствием посидела бы в лаборатории, а не спускалась по горной реке.

Была Музой, вдохновляющей, стимулирующей, помогающей пробиться вверх, еще выше, стать звездой сцены. Была слушателем, помощником, изредка собеседником (я мало что понимаю в физике), кормилицей и нянькой, так как увлеченный наукой супруг порой забывал про реальность.

Но мне самой это было не нужно. Я делала всё это из любви к каждому из своих мужчин.

И все три эти роли мне нравились, но они каждый раз являли лишь одну из моих граней. Собой я не была ни разу, лишь примеряла какую-то из масок.