Младший научный сотрудник-7

Насчет этого пункта мы с Аскольдом договорились немного расплывчато, надо было просто сидеть в своей квартире и ждать звонка. Я и отправился туда пешочком по залитым горячим солнцем гаванским улицам.

Аскольд позвонил почти в шесть вечера, когда мне уже смертельно надоело смотреть местный первый канал.

— Сиди дома, никуда не выходи. В течение получаса к тебе зайдет один товарищ, он все и оформит.

— Паролями надо будет обмениваться? — ехидно поинтересовался я.

— Нет, он тебя в лицо знает… звать его Роберто, кстати.

— Цена не изменилась? — продолжил спрашивать я, — а то обмен-то мне совсем не так сделали, как ты обещал…

— Во всяком деле случаются накладки, — философски ответил Аскольд, — а что касается Роберто — то тут все в силе, как договаривались.

Роберто не обманул, пришел почти вовремя… по-русски он тоже неплохо говорил — забрал у меня фотокарточку (вот как знал, захватил с собой четыре штуки), записал имя с фамилией и взял 250 баксов. Остальное, сказал, завтра отдашь при получении паспорта.

Выпили с ним еще по паре рюмок кубинского рома (это я купил, пока гулял по Гаване, совсем недорого оказалось), он при этом осторожно начал выведывать, что я собираюсь делать в Мексике, я конечно наврал ему с три короба. Не хватало еще о своих планах посторонним лицам рассказывать.

Ну вот, подумал я, практически все готово к дальнейшим приключениям… а да, надо еще уточнить расписание автобусов в этот затерянный Сан-Хуан-и еще что-то там. Проехался до западной автостанции и убедился, что да, два рейса в день туда уходят. Утром в пол-восьмого и вечером в шесть с копейками. Время в пути два часа пятнадцать минут. Цена билета двенадцать песо. Окей.

Глава 13

Манильские партизаны

Манила, партизаны

— Рассказывай все по порядку, — сказал мне самый суровый из ворвавшихся партизан, весь усатый-бородатый и с сигарой в углу рта.

Свои слова он сопроводил чувствительным ударом ботинком по ребрам… чтобы, значит, слова у меня лучше изо рта вылетали, наверно.

— С чего начинать-то? — позволил себе я такой вольный ответ, — с Рождества Христова?

Он мне еще раз въехал каблуком, на этот раз по заднице, и добавил:

— С того момента, как тебя завербовала контрразведка Маркоса.

Во дела, ошеломленно подумал я, знать бы еще, когда меня завербовали, тогда бы я не ошибся с датировкой, а так придется импровизировать. Я все же поднялся с грязного пола, эти ребята не препятствовали, уселся на грубо сколоченный табурет и начал импровизировать по-черному.