Мне больно, Олег!

В этот раз больно почти не было, но я не понимала, зачем он меня мучает, зачем вгоняет пальцы так глубоко, зачем так сильно трет внутри… Неужели он все-таки перешел от угроз к действиям и хочет вызвать выкидыш?

Но вскоре я уже перестала задумываться, потому что все внутри сжалось, стиснув его пальцы, но он продолжал и продолжал, пока откуда-то изнутри не пришло ощущение потрясающего освобождения и из меня вдруг полилась жидкость, смешиваясь с водой в ванной, а тело выгнулось, приникая к его телу.

– Даааааааа… – выдохнула я, чувствуя, как все мышцы разом расслабились, превращая меня в жидкий кисель. – Я люблю тебя… Люблю…

Я сама не понимала, что бормочу, не осознавала этого, пока Олег не замер и не поднял мой подбородок вверх, заставляя посмотреть ему в глаза.

– Любишь? – Спросил он нехорошим тоном. – Точно любишь?

Я ощутила, как вспыхнули щеки. Что я такое говорю?

Что я говорю человеку, который отказался от меня, я точно слышала, который хочет замучить меня до такой степени, что маленькое существо внутри меня погибнет? Человеку, который только недавно говорил с такой ненавистью обо мне и маме…

– Люблю, – сказала я уже осознанно.

Мне не привыкать любить того, кто меня ненавидит.

– Тогда ты избавишься от этого паразита внутри тебя и будешь моей навсегда.

Я оперлась на его грудь, приподнимаясь.

Избавлюсь?

В висках часто застучал пульс.

Мама хочет, чтобы ребенок был, и Олег платил за него. Олег хочет, чтобы его не было, но тогда я буду принадлежать ему. Что же выбрать?

– Даже не думай, – сказал он. – Ребенка не будет. Но ты можешь выбрать, как ты избавишься от него. Спокойно у доктора или я буду уничтожать тебя до тех пор, пока ты его не выкинешь.

Слезы навернулись на глаза. Как он может не хотеть своего ребенка? Как? Разве это возможно.

– У доктора… – хрипло сказала я.

– Вот и умничка.

Олег расслабился и его руки снова стали нежными и ласковыми. А внутри у меня росла черная дыра. Выхода нет. Одна я не выживу, но лучше пусть меня мучает он, чем мама."

"Я просидела дома безвылазно больше недели, пока она не убедилась, что я согласна на ее план. Пока я сама не сказала, что ненавижу Олега и всех остальных мужчин заодно и понимаю, что она хочет мне добра. Но стоило мне попасть в его руки, как я снова стала только его. И готова была на все, чтобы так осталось.

Уставшую и расслабленную, он отнес меня в постель. Кормил с ложечки вкусной едой, заваривал чай, говорил ласковые вещи.

Но с утра велел одеться и посадил в машину, которая остановилась у медицинского центра.

– Аборт? – Скучающим голосом спросила гинеколог. – Хорошо подумали?

Видно было, что ей совершенно все равно.

– Разумеется, мы подумали, – отчеканил Олег, глядя на нее ледяным взглядом. – Девушке еще надо учиться, дети не к месту.