Мне больно, Олег!

Тут холодно, здесь горячо, у меня кружится голова!

Олег склоняется еще ниже. Я чувствую, как дрожат мои ресницы от желания раскрыть глаза и погрузиться в его взгляд. А он целует меня в губы, раздвигает их языком, жарко сплетаясь с моим, и одновременно тонкий горячий ручеек проливается на низ живота. Задыхаюсь от вспыхивающих ожогов… и ощущаю, как струйка воска течет ниже и ниже, касается пульсирующего клитора, уже остывшая, уже безобидная.

– Нравится? – Спрашивает Олег, отрываясь от моего рта.

Я только тяжело дышу, не зная, что ему сказать. Это странно, необычно, напряженно, страшно. Больно? Нет, но под застывшим воском кожа зудит. Нравится?

Это неожиданно нежно.

– Да… – сиплым шепотом говорю я.

Что мне еще сказать?

– Тогда пожестче, – не спрашивает, но обещает он.

Отстраняется ненадолго, а я ловлю отзвуки паники. Пожестче?!

Открываю глаза, чтобы увидеть, что он делает. Олег снова стоит надо мной, на губах его легкая полуулыбка, а в руках уже черная свеча.

Черная после красной. Наверное, это должно что-то означать? Трудно соображать, дыхание срывается, и когда он склоняется вновь и… встряхивает эту свечу прямо над моим телом."

"Россыпь черных капель попадает на напряженные соски, нежную кожу живота, особенно много на лобок, и все они огненные, горячие, нестерпимо горячие, невыносимо, что же он делает! Там же будут ожоги! Я дергаюсь, пытаясь удержаться на месте, но не получается. Верчусь, окропляемая огненным дождем, а потом Олег жестко прижимает меня локтем к столу, положив его на живот, предупреждает:

– Не орать. Иначе получишь кляп.

И обильная струя воска льется мне прямо между ног, обжигая клитор, заливая половые губы, стекая к анусу. Я не кричу! Не кричу только потому, что крис застрял в горле, перекрыв его. Я дергаюсь, упираясь ногами и пытаясь сбросить с себя Олега, а он вдруг отпускает меня и разворачивается. В его глазах пылает такое пламя! Он жадно смотрит мне в лицо, держа одной рукой свечу, а второй снова взламывает застывший воск и врывается внутрь меня с развратным хлюпаньем. Мое тело течет, словно пытаясь залить пожар, устроенный этим человеком.

– Тише, девочка моя… – с улыбкой голодного волка мурлыкает Олег. – Не дергайся. Терпи.

На этот раз капли падают медленно. Прямо у меня на глазах. На мою грудь, на самые вершинки сосков. Каждая тяжелая капля, будто взрыв.

Одна. Вторая. Пальцы внутри меня начинают двигаться, нанизывая меня на себя. Третья. Я открываю рот и тяжело дышу, не отрывая взгляда от огонька свечи. Олег наклоняет ее… Кап!

Ах!

Пальцы застывают. Я хнычу, потому что остается только боль. Не хочу так! Хочу еще!

Тянусь губами к Олегу, и он снова ловит мое дыхание, проливая жидкий огонь на ключицы. Мне жарко, кожа пульсирует, я горю… я… могу это вынести.