Мне не стыдно

Да уж, не повезло Сергею. Жил себе, не тужил, а тут вдруг — Ромашка, и теперь надо что-то придумывать, скрывать, объяснять будущему тестю. Какой адский гемор я ему устроила, оказывается.

Но, что называется, нет человека — нет проблемы…"

"— Ладно, Юрий Алексеевич, — сказала я, отворачиваясь от Верещагина. Села прямо, сложила руки на груди и усмехнулась. — Всё это очень мило и трогательно, но меня совершенно не касается. И можете не волноваться — я не собираюсь мешать чьим-либо планам.

— Это очень мудрое решение, — сказал Верещагин. — О, а вот и наш герой возвращается.

Да уж, герой-любовник…

А всё-таки я рада за Сергея. Я в принципе ни на что не рассчитывала, но знать, что человек, которого ты любишь, двигается к осуществлению собственной мечты — приятно, хоть и немного горько.

Горько, оттого что тебе в этой его мечте совершенно нет места.

А премию нам всё-таки дали. Удивительно, потому что я этого как-то абсолютно не ожидала, а Мишин вот не удивился. Вышел на сцену, покивал, полюбезничал, схватил статуэтку с камелией и сел на место, лучась довольством.

— Ну хоть не зря приехали, — шепнул он мне на ухо, пока я рассматривала статуэтку. Красивая — серебряный цветок с множеством лепестков, изогнутый листик и подставка. Абсолютно бесполезная вещица, но Свете, наверное, будет приятно, что её реклама получила премию.

— Светке будет пофиг, — хмыкнул Мишин, когда я озвучила ему это предположение. — И раньше бы было, а теперь-то уж тем более. У неё там Макс, ребёнок… Я думаю, она гораздо больше радуется тому, что Юрьевский курить бросил, чем какой-то статуэтке.

— А он бросил?

— Да, как только узнал, что Светка забеременела. Больше сигарет в рот не брал и вообще сказал, что его даже и не ломало. Но ему и некогда оказалось ломку испытывать, у Светки беременность тяжёлая была.

Беременность… Вот чего мне всегда хотелось, так это детей. И при этом было до ужаса страшно, что я буду такой же мамашей, как и моя собственная.

Мне понадобилось огромное количество времени, чтобы разобраться, кто я такая и чего хочу. И то я до сих пор не уверена, что разобралась…

— А знаешь, — продолжал между тем Мишин, — это так странно. Света и Макс ведь шесть лет рядом работали, пять дней в неделю виделись. Мимо ходили, здоровались. И не обращали друг на друга внимания. А потом бац — и за месяц сошлись. Я в шоке был.

Я улыбнулась, вспомнив собственный брак с Матвеем, но решила ничего не рассказывать Сергею. Тогда придётся заодно про маман поведать, а даже вспоминать не хочется…

— Хотя чему я удивляюсь? Можно пять лет вместе учиться и только на выпускном осознать, что девушка, над которой ты все эти годы издевался, на самом деле тебе до безумия нравится. Да, Рит?

— Да, — кивнула я.

Хорошо, что Сергей сказал мне это.