Мне не стыдно

— А как ты думаешь… мне сейчас можно торт? В смысле, пока окончательно не выздоровела.

— Если очень хочется, то можно, — усмехнулась мама, и я чуть со стула не свалилась.

Никогда в жизни она не разрешила бы мне подобное раньше.

Не понимаю… маму подменили?..

* * *Верещагин явился к Мишину в среду. Причём не в приёмные часы. Но Сергей даже не стал спрашивать, каким образом тот миновал охрану и договорился с врачами — деньги в этом смысле всегда творили чудеса.

— Ну что, как здоровье? — спросил Юрий Алексеевич насмешливо, садясь на табуретку возле койки Мишина. Другие больные им не мешали — Сергей лежал в отдельной палате. И да, это чудо тоже сотворили деньги…

— Живой, и на том спасибо, — хмыкнул Мишин, чуть приподнимаясь на постели. — Говорят, скоро выпишут. Без осложнений обошлись.

— Ну как заказывали, — ехидно улыбнулся Верещагин, и Сергея от такой наглости чуть не перекосило. — Ты как, ничего умного не надумал?

— Где уж мне, — осклабился Мишин. — Особенно после ударов тупыми предметами. Я и раньше-то был туговат на ум, а теперь уж вообще… туп.

— Значит, надо стимулировать. Вот, держи. — И Юрий Алексеевич кинул на кровать какую-то бумагу.

— Что это?

— Ну смотри сам. Или ты вместе с умом и зрение растерял?

Мишину очень не хотелось глядеть ни на какие бумажки. Но откровенно посылать Верещагина тоже было нельзя — Сергей всё ещё надеялся решить дело миром. Поэтому он взял в руки брошенный Юрием Алексеевичем документ и убедился, что это действительно документ.

А конкретно договор на дарение. Семейной фирмы Мишина. Оформленный, заверенный… ему оставалось только подпись свою поставить."

"— Я решил, что это как-то неправильно — мы ведь с тобой только на словах договорились. Надо бы делом подкреплять свои обещания, да? Вот я и подкрепляю. Как женишься на Крис — поставишь подпись, и всё будет твоё целиком и полностью. Ты этого разве не хочешь?

Змей-искуситель.

Нельзя сказать, что Сергей совсем уж не хотел вернуть фирму. Где-то глубоко внутри тлело это старое желание — совсем маленький уголёк, но он был. Однако это желание не шло ни в какое сравнение с желанием сделать счастливой одну рыженькую Ромашку.

— Юрий Алексеевич, я хотел вас спросить… Почему вы так и не женились?

Верещагин посмотрел на Сергея с изумлением.

— При чём тут это?

— Вы ответьте на вопрос, пожалуйста.

Отвечать отцу Кристины явно не хотелось. Изумление сменилось недовольством, но Мишин продолжал упрямо молчать, глядя на собеседника, и в конце концов Юрий Алексеевич сдался.

— Мы с женой прожили вместе двенадцать лет прежде, чем родилась Крис. Марина лечилась, никак не могла забеременеть. А когда всё же смогла, заработала себе кучу осложнений и десять лет назад умерла. Я просто не вижу рядом с собой другую женщину.