Мне тебя навязали (СИ)

Только сейчас заметил, какая она горячая, кожа буквально горит.

— Мне нехорошо.

— Оно и видно, — проворчал я.

Ну вот что мне с ней делать? Не домой же тащиться в самый разгар праздника. Решил уложить её спать и продолжить веселье.

— Пойдём, — потянул её за собой.

Мы поднялись на второй этаж, где я нашёл свободную спальню. Закрыл дверь на замок и усадил Тиффани на кровать.

— Ложись спать.

— Меня тошнит, — прохныкала она.

— Ложись спать и перестанет тошнить! Сама виновата, что напилась! — процедил я сквозь зубы.

— Ты её трахнул, да? — вдруг тихо спросила она, поднимая на меня свои зелёные глаза.

— Кого? — не понял я.

— Рейчел, — поморщилась Тиффани, произнося её имя. — Я видела, как она к тебе прижималась, а потом вы ушли.

Ну вот, снова сделала неправильные выводы. Ну что за дурочка!

— Нет! Я свалил от неё и встретил знакомого. Заболтался с ним на кухне.

— Ненавижу тебя! — злобно выпалила она, и я слегка охренел. — Ненавижу, что люблю!

— Несёшь пьяный бред! Ложись спать!

— Иногда я мечтаю, что настанет тот день, когда я смогу тебя разлюбить. Когда меня перестанут ранить твои слова и поступки, — сдавленно сказала жена и неожиданно расплакалась.

— Тифф, — устало вздохнул, глядя на неё сверху вниз.

Нянчиться с ней совсем не хотелось. Какого хрена? И почему эта девчонка продолжала трепать мне нервы? Уже сто раз пожалел, что взял её с собой на вечеринку.

— Никогда не влюбляйся, Картер. Любовь — это боль, — промямлила она, шмыгая носом.

— Всё, ложись спать! — устав от её нытья, я силком уложил Тиффани на кровать.

— Меня тошнит, — снова пожаловалась, а затем у неё начались рвотные позывы.

— Твою мать…

Я поднял её с кровати и потащил в смежную ванную комнату. Как только Тиффани оказалась у унитаза, её сразу стошнило. Ну хоть не на пол. Пришлось придерживать ей волосы, потому что они лезли в рот.

— Как же ты меня бесишь, — в сердцах произнёс я.

— Извини, — хныкала она, обнимая унитаз и пытаясь отдышаться.

— Тебе уже лучше?

— Нет.

— Побудь здесь, я поищу мини-холодильник или спущусь вниз за бутылкой воды.

Тиффани ничего не ответила, и мне пришлось повторить дважды. Глаза стеклянные и зарёванные, она с трудом понимала, что происходит. Не обнаружив в комнате воды, я быстро спустился вниз и прихватил на всякий случай три бутылки."

"Жёнушка была там же, где я её и оставил. Смотрела на меня пустым взглядом, еле на ноги поднялась. Вся горячая. Я ополоснул её лицо прохладной водой, пока она хныкала, что задыхается.

— Стой ровно, — процедил я, аккуратно её умывая, стараясь не размазать косметику, чтобы та не попала в глаза. — На хрена так много красишься вообще?

— Потому что я некрасивая.

— Что за чушь!

— Ты сам так сказал. Что я страшная, и ты никогда меня не полюбишь.