Мое роковое влечение (СИ)

Ведь если бы ничего не было, то просто выпроводила.

— Это приказ.

— И что? Да где ты работаешь? Бред. Возьми больничный. Скажи, что температура под сорок. Не уезжай. Я убью тебя, Макс. Не уезжай!

От ее слов за ребрами окатывает крутым кипятком. Меня перехватывает нахлынувшими волнами отдаленного счастья. Вместо разговора прижимаю к себе и впиваюсь в губы. Любимые горячие сладкие. Жадно накусываю и нализываю. Просто не удержаться. Все оковы сбрасываю. Ника так отчаянно отвечает, что подсаживаю ее на стену, закидываю ноги себе на спину.

Она обвивается, держится крепко. Наш поцелуй уже на звериное смахивает. Поцелуй-смерть, поцелуй-борьба, поцелуй-отчаяние.

— Так нужно, — рвано вырываю слова, дико насасываю ее. — Я вернусь. Ты… Да ебаный в рот… Ник… Сук… М-м-м…

Она извивается. Тянет руки к поясу и выворачивается из одежды. Принимаю прощальный подарок и насаживаю на дымящийся член малышку. Клялся себе, что никогда больше не буду трахать ее, а только нежно заниматься любовью. Не про нас это, видимо. То, что сейчас творим не поддается описанию.

Рык. Стон. Шлепок. Толчок.

Руки над головой. Оцарапанная кожа. Кровь. Слизывает.

Целую. Целует. Толчок-толчок-толчок.

Взрываемся. Падаем. Поднимаемся. Любим.

— Ник, я хочу, чтобы ты приняла правильное решение, — глажу ее влажный висок.

Скольжу горячими губами по коже. Нежно ласкаю малышку. В последнее время очень хочу это делать чаще. Ника крепко прижимается и ответно присасывается.

— Макс, я умная девочка. Ты же сам говорил. Просто все так навалилось и я растерялась. Но и ты меня пойми. Мне очень нужно с Киром все выяснить. Не могу же я просто отвернуться. А вдруг у него сложности, трудности. Ну не по-человечески как-то выйдет. А ты это ты, Макс. Ты сильный. Крепкий. Надежный, — ведет по груди пальцем. — Дай мне время.

Молча киваю. Даже если сейчас запретить и что дальше? Разве послушает? Да и права она, как ни крути.

— Скоро приедешь?

— Не знаю, — честно говорю.

— Надеюсь, что скоро.

— Я буду ждать.

17

— Он просто подставил меня, Вероника, — неспеша рассказывает Кир о прошлом. — Я не мог выбраться из ситуации.

Окаменеваю от рассказа бывшего мужа. Все, что он говорит страшно. По всем статьям выходит, что не виновен в исчезновении. Он был вынужден со мной развестись. Вынужден. Сжимаю горячую кружку, не понимая, что стенки жгут ладони. Мне все равно.

— Тайпанов мог меня вытащить, но не стал этого делать. Понимаю почему теперь, — мрачно усмехается, помешивая сахар в чае. — Постарался здесь, я смотрю на славу. Мой бывший друг, его мать. Пока я парился на задании, пригрел себе место рядом с тобой. Я не виню тебя, Вероника. Не виню, — гладит по тыльной стороне ладони. Стыдно, потому что все, что хочу сейчас, отдернуть руку. — Он слил меня, Вероник. Не передал вовремя сведения в контору.