Мой ангел злой, моя любовь…(СИ)
Позвольте пригласить вас ступить вместе со мной смело в эпоху Александра I, когда уже отгремели прусские сражения, что принесли славу героев русским офицерам и солдатам, и когда уже заключен Тильзитский мир, что оставил в душах тех же самых офицеров легкий налет разочарования. В воздухе Российской империи уже можно без особых усилий уловить напряжение перед неминуемой войной с Францией, правитель которой уже планирует выдвигать следующей весной войска к Данцигу. Нет, мы пойдем с вами не в столицу, где тоскует по так рано и так трагически ушедшему возлюбленному императрица, и не в Москву, которой только предстоит обратиться в пепел и руины. Мы с вами ступим в провинцию, где еще в силе правила жизни, присущие екатерининской эпохе, а проявление чувств и эмоций не подвергается острой критике светских матрон с лорнетами в руках, обтянутых митенками…
Протянула ему шаль, которую сняла с головы и отпустила ранее, чем тот взял, позволяя тонкому кашемиру соскользнуть на пол. А потом, затаив дыхание, пошла мелкими шажками через анфиладу холодных комнат к диванной, где чуть помедлила у дверей, боясь распахнуть те и увидеть, что она пуста.
Но Андрей был там. Спал, полулежа на софе, склонив голову на правое плечо, вытянув ноги в забрызганных грязью сапогах. Видимо, сон сморил его сразу же после позднего завтрака, потому что на столике перед софой стоял поднос с остатками трапезы.
Анна, казалось, забыла, как дышать, заметив его.
Но ей не удалось подойти неслышно, как бы тихо и медленно ни ступала она, с трудом сдерживаясь, чтобы не сорваться с места и не броситься к нему на грудь. Андрей вдруг открыл глаза, словно почувствовал чужое присутствие рядом, повернул голову в ее сторону, выпрямляясь резко, замер, глядя на нее.
Андрей тут же вскочил на ноги, медленно поклонился ей, отвечая на ее вежливый медленный реверанс. Она протянула руку для поцелуя, и ему пришлось шагнуть ближе, чтобы взять ее ладонь в свою руку.
— Андрей Павлович, рада видеть вас в здравии, — такая короткая вежливая реплика, когда грудь буквально распирало обнять его, прижаться к нему всем телом. Вздрогнула, когда он взял кончики пальцев в свою ладонь и поднес к губам в легком приветственном поцелуе.
"— Я рад не менее, что вы и ваши родные живы и невредимы. Тем паче, ныне, в настоящие дни, — ответил Андрей. Отстраненно и коротко, в тон ее реплике. Как ранее, в самом начале знакомства. Анна едва сдержалась, чтобы не скривить губы, пытаясь не показать своего недовольства, своего разочарования этой встречей. Она думала, все будет совсем не так, иначе представляла себе их свидание после долгой разлуки. Не так — в напряженном молчании, на расстоянии друг от друга, в предельной вежливости, будто незнакомцы, будто и не было прошлых дней… того самого дня.
— Вы, должно быть, замерзли на прогулке. У вас ладони будто лед. Так холодны, — вдруг сказал Андрей, и она подняла на него взгляд, заметила, как вдруг изменилось его лицо — стали смягчаться черты лица, дрогнули уголки губ. — И пятнышко мучное… вот здесь…
Помимо воли его рука протянулась вперед, и большой палец провел по скуле Анны, стирая с нежной кожи белое пятно.














