На осколках разбитых надежд (СИ)

Осталось только протереть в залах люстры и зеркала с уксусом, чтобы те ярко сверкали, и вымыть окна.

— Я надеюсь, что с этим мы не затянем, — произнесла Биргит в завершение, когда объявила, что с этого момента Лена подчиняется господину Иоганну напрямую, и его приказы и распоряжения должны быть первоочередными. Тон ее голоса подсказал Лене, что вряд ли она приблизится когда-нибудь к своей заветной цели — побывать в городе с поручениями от Биргит или баронессы, как довелось уже это Янине. Если и были какие-то шансы завоевать расположение немки, то вмешательство в домашние дела Иоганна свело их на нет.

«Что ж, — утешала себя Лена, когда после завтрака отправилась искать своего нового хозяина, которого Войтек вывез на прогулку. — По крайней мере, я могу попасть в город и по делам немца. Или когда-нибудь Катерине позволят выйти за пределы усадьбы…»

— Я хочу тебя кое с кем познакомить, — начал Иоганн тотчас же, как Лена подошла к его коляске, с трудом разыскав его среди аллей парка. — С этого момента ты будешь заботиться о них, не Войтек. Артигу почему-то не по душе пришелся поляк. Да и норовит сделать ему всякую пакость.

 То в башмаки сюрприз подкинет, то за прихватит за ногу.

— Артигу[14]? — удивилась Лиза, и Иоганн подмигнул ей игриво.

— Именно. Я и сам иногда говорю ему, что же ты, дружище, имя свое так позоришь…

Немец неожиданно для Лизы громко свистнул, и в ответ на этот свист из дальнего конца аллеи к ним двинулись две маленькие точки, которые при приближении превратились в двух небольших собак с длинными ушами и чуть вытянутой мордой. Одна была шоколадного окраса, вторая — белая с рыжими пятнами. Обе подбежали к Иоганну, ткнулись носом в его колени, мол, вот мы рядом, и тут же заинтересовались Лизой, стоявшей рядом.

— Не бойся, они оба славные и добрые малые, — предупредил Иоганн, заметив, как обступили собаки Лену, обнюхивая ее. Лена только улыбнулась в ответ и присела на корточки, протягивая ладони животным.

Она не боялась собак. До войны точно. Только с приходом немцев научилась опасаться этих огромных овчарок, которые агрессивно рвались с поводков, приученные убивать. Но эти коренастые собаки с забавными лохматыми ушами сразу же располагали к себе своим дружелюбием, с которым крутились вокруг Лены.

Та с готовностью приняла их настроение и стала гладить по блестящей шерсти и ласково почесывать за ухом сразу обоих, чтобы никому не было обидно."

"— Видела таких прежде? — спросил Иоганн. — Это вахтельхунды[15], порода, выведенная в нашей стране.

— Забавное название[16], — откликнулась Лена, улыбаясь широко и радостно, когда один из псов бухнулся на спину, подставляя под ласку живот.

— Это особая охотничья порода. С ними на птиц ходят. У нас на озере много перепелов и уток.