На осколках разбитых надежд (СИ)

О, почему она прежде никогда не просматривала внимательно немецких газет? Почему так всегда старалась опоздать на просмотр кинохроники, когда они с Ильзе или с группой «Веры и Красоты» посещали редкие киносеансы?

На следующий день Лена не пошла на обед, решив это время потратить на поиски ответа на свои вопросы, и попросила ключ от архива, чтобы просмотреть старые выпуски газеты за последний год, начиная с сентября 1943 года. Она понимала, что местная «Гутен Морген, Дрезден» едва ли может сравниться с национальными изданиями, но попытаться все же стоило. Быть может, когда-то и мелькнуло на страницах газеты хотя бы краткое упоминание о Рихарде.

Ей бы было достаточно и того.

Газета выпускалась в прошлом году чаще, чем осенью 1944 года, почти каждый будний день, и выпусков в архиве накопилось немало. Кроме того, было сложно смотреть на некоторые фотографии и цеплять взглядом заголовки. Особенно где они каким-то образом касались ее страны. Ей до сих пор было больно читать об успехах армии нацистов или о предательстве ее соотечественников-граждан СССР, которое возносилось немцами как подвиги против коммунистов и как настоящие благодеяния.

Видеть фотографии или карикатуры в подтверждение лжи о том, что жить под нацистами стало намного лучше, чем до оккупации. Именно потому Лена никогда не читала немецких газет и даже не мельком не смотрела первые полосы.

И не только в нацистские газеты и журналы. В последний год киоски с периодикой запестрели заголовками на русском, украинском и белорусском языках. Лена один раз не устояла — зачем-то купила газету на русском языке под таким желанным и близким названием «Родина». Думала, пусть бегло, не заостряя внимание на смысле, прочитает статьи, чтобы не забыть, каково это читать на русском языке.

Но не смогла продвинуться дальше третьей страницы — ложь, которой были те пропитаны, так и жгла пальцы. Особенно материал о восточных работниках, который обманчиво писал, какой якобы была их жизнь в Германии."

"Хорошее питание. Досуг, который многие раньше не видели в СССР, как твердила газета — кино, театр, прогулки по красивым улочкам немецких городов. Посещение церковных служб. Возможность купить хорошие наряды, чулки, помады и многое другое.

Для кого предназначалась эта ложь? Для тех, кто остался на оккупированной территории? Или для тех, кто сражался в рядах национальных легионов рейха, о которых в последнее время так любили писать немцы? Чтобы те не опомнились вдруг, не пришли в себя и не поняли, что делают сейчас, взяв в руки оружие, чтобы сражаться не против нацистов, а на их стороне…

Лене улыбнулась удача в майских изданиях 1944 года, когда она спустя неделю безуспешных поисков едва не пала духом. Дни проходили за днями.