Мой большой... Босс (СИ)

Мне кажется, что еще чуть-чуть — и я полезу на стену, начну бегать обезумевшей мышкой по стеклянной банке!

И в то же время все тело пронизывает сладкой дрожью от одной, дичайшей по своему разврату и возбуждению мысли: если бы мы были одни… Он бы сдерживался? Или… Нет?"

"Неосознанно прикусываю губу, выпрямляю спину, делаясь похожей на каменный памятник, со страхом отмечаю, как неконтролируемо краснеют щеки. Опять пятнами, опять!

А он стоит за моей спиной, все это время, молча.

Просто стоит.

А кажется, что трогает.

Опять трогает, как тогда, ночью… И, что еще чуть-чуть, еще немного… Между нами словно струна натягивается, тонкая, звонкая, вот-вот лопнет!

Аня и Тимур болтают, кажется, уже чуть ли не договариваясь о встрече, флиртуют! И это звучит таким далеким и незначительным фоном, это так незаметно, по сравнению с тем, что происходит сейчас между нами!

Мы с Темирханом стоим, словно в кокон обернутые, и нет ничего рядом, и никого нет!

Опять скашиваю взгляд на зеркало и в дикой панике замечаю, как он опять наклоняется, а еще руку разжимает! И тянет ко мне! Еле заметно! Пока незаметно для окружающих! Но меня словно волной жара от его движения прошибает.

Боже, я просто горю, плавлюсь и умираю! Прямо тут, в этом чертовом, так медленно едущем лифте!!!

Он что хочет сделать? Он хочет до меня дотронуться? Прямо вот так? При всех? Развернуть к себе? Погладить? Что???

Если дотронется… Я точно упаду и умру здесь!

Тут неожиданно лифт останавливается, двери с шипением раскрываются, и я, не успев даже осмыслить ничего, вылетаю из кабинки с такой скоростью, словно за мной черти гонятся!

Не представляю, как в этот момент выгляжу, красная, с бешеными глазами и выскакивающим из грудной клетки сердцем!

В спину что-то с недоумением говорит коллега, но мне плевать сейчас, плевать, плевать!

Бегу прочь, не дожидаясь Аню, интуитивно соображая, где здесь туалет.

Мне срочно нужно побыть одной, срочно!

Забегаю в туалет, сразу закрываюсь в кабинке и замираю. Ни вздохнуть ни выдохнуть. Один ужас внутри меня.

Один сладкий, томительный ужас.

Ужас внутри меня

— Я так и не поняла, чего ты убежала, — Аня берет с витрины тарелку с салатом, придирчиво разглядывает, затем ставит себе на поднос, я, тоже с подносом, в центре которого гордо и одиноко стоит стакан сока, двигаюсь следом, — живот, что ли, прихватило?

Ответа она, естественно, не дожидается, да ей он и не требуется, похоже.

Так, рассуждения вслух. Мне знакома эта манера общения со мной. Варька часто так делала. Спрашивала, сама отвечала на свои же вопросы. Получалась милая, а, главное, информативная беседа.

Сейчас я краснею и малодушно радуюсь, что не могу говорить. И что могу прикинуться такой дурочкой-дурочкой, невесть чего испугавшейся и сбежавшей от двух шикарных боссов в туалет.