Мой большой... Босс (СИ)

Я тогда, помнится, умирала от боли настолько, что даже встать по утрам не могла.

Сейчас что-то похожее испытываю, словно вернулась я в те замечательные времена.

Кровать, огромная, жесткая, темное постельное белье… Запах… Мужской такой, очень знакомый.

Я не в своей постели… Паника накрывает одновременно с болью."

"Закрываю глаза, пережидая приступ, а он все длится и длится, но уже не такой сильный, я могу дышать. И могу думать.

Открываю опять глаза, аккуратно осматриваюсь.

Большое, очень большое помещение. И вся мебель, которой тут немного, тоже такая… Массивная. Словно здесь живет великан.

Воспоминания о произошедшем вечером накатывают с новым приступом головокружения и боли. Теперь, для разнообразия, не в животе, а тоже в голове.

Закрываю глаза, не в силах смотреть на белый свет.

Под сомкнутыми веками, в темноте, кружатся вертолетные лопасти.

А внутри все замирает от ужаса осознания.

Я. Вчера. Переспала. С Большим Боссом. С Темирханом.

Я, не иначе, с ума сошла!

Щипаю себя за бедро непослушными пальцами, очень сильно рассчитывая, что это кошмар. Просто еще один веселый кошмар в моей жизни, ну почему бы нет? Ну почему бы не случиться такому чуду?

Но нет.

Все реально.

Огромная кровать с темным бельем. Я на ней. И мои воспоминания.

Дикие! Дикие воспоминания!

Сцепляю зубы, чтоб не застонать. Не от боли! Чего от нее стонать? От ужаса! Только от ужаса и стыда!

Как я так умудрилась? Как я позволила?

Хотя, справедливости ради стоит сказать, выбора мне не предоставили.

Темирхан, полностью оправдывая свое разбойное восточное имя, просто заставил подчиниться. Буквально заласкал, затискал, зацеловал, отключая полностью хоть какое-либо критическое мышление и способность соображать.

Ох… Как стыдно-то… Стыдно… Он — практически женатый человек… Чем я думала?

Нет, понятно чем, тут тоже без вопросов…

По случившемуся у меня вопросов не возникает больше.

А вот по настоящему — море.

И основной — как отсюда свалить без проблем? Желательно, так, чтоб хозяина квартиры не встретить. Конечно, это позиция дурацкая, потому что я по-любому с ним еще встречусь, я, в конце концов, на него работаю… Ой… Не думать, не думать, не думать…

Решаем задачи по мере их возникновения.

Первостепенно — уйти отсюда.

Сажусь, уже игнорируя тупую боль в промежности. Она вполне терпима, а, значит, будем про нее потом думать.

Оглядываюсь, тревожно, словно курица, вытягивая шею. В квартире тихо.

Прислушиваюсь, но шума душа, звяканья посуды и прочих утренних шумов не слышу. Кстати, тоже вопрос: сколько сейчас времени?

Запросто может быть уже и полдень, а я в загуле пропустила начало рабочего дня… Кошмар какой…

Где телефон? Одежда? Боже, неужели, все в том клубе осталось?

От одной мысли об этом — волнами накатывает ужас.