Мой Дьявол
— Зачем я вам? Вы же можете выбрать любую, кто действительно готов и хочет раздвигать перед вами ноги!— В том-то и проблема. Я захотел тебя. И, как правило, я всегда получаю или беру то, что хочу. Ну же, Энн. Ты ведь очень способная и сообразительная девочка. Всего одна ночь и всё закончится — останется далеко позади, как страшный, но весьма приятный сон…— Это всё… неправильно!— Вся наша жизнь состоит из неправильных вещей. Но в твоих силах изменить некоторые обстоятельства. Учти… Я не привык брать женщин силой, если они сами этого не хотят. Поэтому, пожалуйста. Не притворяйся. Если сделаешь всё по моим правилам, обещаю… ты сама не захочешь от меня уходить…
«Мне надо позвонить домой! Пожалуйста! Вы же не можете меня здесь вечно держать, как и запрещать связываться с близкими мне людьми? Это не только противозаконно, но и не гуманно во всех смыслах!»
Но, как я и предвидела, достучаться до совести Маннерса столь банальным способом было самой большой ошибкой. Он без раздумий впаял мне ещё одну штрафную неделю, после чего выебал с особым «садизмом», заставляя кончать на его члене раз за разом на протяжении целого часа. И, да, обязательно перед зеркалом, доводя обоих до полного исступления. Разложив меня перед этим на низкой софе и удерживая запрокинутую голову за горло своей огромной лапищей пока трахал меня, как заведённая секс-машина или неустанный монстр из недр самого ада.
Но повременить всё-таки пришлось, поскольку нужно было проработать все свои будущие шаги не с бухты барахты, иначе… Если Маннерс меня застанет на горячем, боюсь даже представить до чего его может сорвать в этот раз.
Честно говоря, всё то время, что я провела в его гостиничном номере у него под боком, а иногда и в недолгом одиночестве, меня никогда не покидало чувство, что за мной следят. Постоянно. Денно и нощно. Причём именно глазами Маннерса. Ощущение преследующего меня повсюду чужого характерного взгляда не покидало меня порою даже во сне. Как будто находишься внутри клетки из высоковольтного тока, невидимого, но весьма осязаемого на коже и в нервах. И под этим напряжением не просто живёшь, но и сам электризуешься насквозь.
Вот и попробуй в таком состоянии и при столь жёстких условиях выживания определиться с возможными шансами на удачный побег. Всё равно, что тыкать пальцем в небо или гадать на кофейной гуще.
Одно, разве что успокаивало наверняка, то, что в день побега мне не нужно уносить отсюда ничего, кроме себя.















