Наследник погибшего брата (СИ)

Ничего не хочу знать. Хватит с меня на сегодня.

— Операция закончилась, — упрямо продолжает Ирма.

— Давай не сегодня, — осекаю ее.

Трусливо прячусь от реальности, не желая ничего слышать.

— Родилась чудная девочка…

— Девочка? — удивленно округляю глаза. — Как девочка-то?

Брат ждал наследника. Несколько раз говорил, что у него должен родиться сын.

— Вот так. — Ирма разводит руки в стороны. — А ее мать…

— Не продолжай, — рявкаю я.

Не готов я услышать о смерти Аллы. Это выше моих сил. Даже количество выпитого алкоголя не помогает.

— В коме она, — все же завершает Ирма. — Никто не дает прогнозов.

Пиздец. Мне кажется, я мгновенно трезвею, чего никак нельзя допустить. Реальность раздавит меня. Я слишком вывернут мясом наружу и не готов к новым ударам. Да твою ж мать! Забрало падает. Откручиваю крышку и жадно пью из горла, но не чувствую ни вкуса, ни крепости. Меня трясет изнутри, и гадкое ощущение заполняет до краев.

Глава 24. Назар

Как бы я ни хотел раствориться во вселенной, утро все же наступает. Мучительно и неотвратимо. Многолетняя привычка просыпаться без будильника в одно и то же время не подводит. И неважно, во сколько я уснул накануне.

Нехотя разлепляю веки и просто смотрю в потолок, пытаясь прочувствовать степень пиздеца. Наказание за слабость не заставляет себя ждать. Дикое похмелье ожидаемо обрушивается во всей красе. В висках болезненно стучит отряд каменотесов, глаза жжет, словно насыпали песка, а во рту безжизненная пустыня.

Уснуть с таким букетом получится вряд ли, да и некогда. Второй день выпасть из реальности непозволительная роскошь. Неприятно морщусь, заставляю себя сесть и свесить ноги с кровати. Как до нее добрался, не помню. Да и вообще половину ночи словно ластиком стерли. Последнее, что отпечаталось в мозгу, — визит Ирмы.

Что она там говорила? Девочка родилась? Алла в коме? Все какое-то мутное и неестественное. Мне срочно нужны подробности. Где мой телефон?

Оглядываюсь и нахожу его на тумбочке. Рядом стакан воды и пара шипучих таблеток. Пока включается гаджет, вспоминаю Ирму добрым словом, растворяю таблетки и жадно осушаю бокал. Начинает неприятно мутить. Зарываюсь пальцами в волосы и глубоко дышу, чтобы справиться с естественной реакцией организма.

Входящие сообщения сыплются друг за другом, не успеваю даже читать. Выуживаю из общей массы от Николая и Быстрицкого. Первый сообщает, что сегодня нас ждут в колонии на опознании. А второй… жадно скольжу глазами по сухим строчкам. Девочка доношенная и здоровая. А ее мать… Состояние стабильное, но тяжелое. В себя не приходила. Сутки решающие.

Сильнее сжимаю телефон. Мне мало. Хочется подробностей. Хочется знать все! Но на каком основании? Осаживаю себя.