Мой хозяин 2

— Ничего ты мне не сказал! — соскользнув со стола, вскрикнула я. Между ног было влажно, хотелось принять душ, но пережитое билось во мне, разъедало обидой. Мне нужно было понять хоть что-то, иначе… Сумасшествие какое-то! — Ты подарил меня! Подарил своему отцу! Сам подарил! Ты сказал, что я — вещь, подарок!

— А ты и есть вещь! — рыкнул он в ответ. — Не поняла ещё?! Дорогая вещь.

— Для тебя. — Было больно. Как же было больно!.. — Только для тебя, Вандор. Для других…

— Для кого?! — перебил он меня с прежним раздражением и злостью. — Для твоей подруги? Ещё для кого?

— Да хотя бы для Матвея! — выкрикнула я. Понимала, что после того, что случилось в отеле, уверенности в собственных словах уже не чувствую, но всё же… — Он пришёл за мной, нашёл меня! Он хотел забрать меня из питомника! И если бы не ты…

— Если бы не я… — Глаза его блеснули чёрным, дьявольским пламенем, а губы скривила ухмылка, полная презрения.

Мне стало не по себе. Нагнувшись, я подняла с пола платье и, не надевая, кое-как прикрылась им. Вандор всё так же смотрел на меня и когда взгляды наши вновь пересеклись, сказал негромко, но так, что каждая буква буквально врезалась мне в сознание:

— Если бы не Кондратьев, ты бы не оказалась в питомнике, Милана. Неужели ты этого ещё не поняла?



=6.

Вандор

— Что ты имеешь в виду? — осторожно и в то же время зло переспросила она, прижимая к груди свою паршивую тряпку. Она что, думает, от этого выглядит менее вызывающе?!

Мне хотелось зарычать, хотелось разнести всю эту кухню к чёртовой матери. Сколько раз я должен сказать себе, что мне надо держаться от неё подальше, не пускать слишком глубоко?! Сколько?! Но стоит вдохнуть её запах, почувствовать её рядом, дотронуться, и… всё. Разумные мысли летят кувырком, словно бы и не было их никогда. А эта… Она действительно настолько наивная, что не въезжает?!

Отвечать ей я не спешил. Пусть думает. Может быть, дойдёт наконец, что она — никто. Пустое место. Красивая игрушка, жизнь которой стоит ровно столько, сколько за неё готов заплатить тот, кому она придётся по вкусу. Меня порядком достали её разговоры о праве выбора и свободе личности. Какая, нахер, свобода, если у неё даже фамилии до сегодняшней ночи не было?! Только милая мордашка и огромные глаза на которые я, блять, повёлся, как безвольный осёл и продолжаю вестись до сих пор?!

— Это неправда! — закричала она, когда я, развернувшись, пошёл вглубь гостиной. — Неправда!

Я услышал её лёгкие приближающиеся шаги и напрягся. Ещё пара слов об ублюдке Кондратьеве, и я прикончу эту синеглазую суку! И плевать на всё! Вряд ли что-то может быть ещё хуже, чем есть! Отослать её куда подальше и закончить на этом. Захочет её мелкий сучёныш — пусть берёт.