Мой хозяин 2

Дочь… такая же прекрасная, как и сирена, что сейчас извивается в моих руках и влажно целует мои скулы. Никому не позволю причинить своей дочери боль… Никогда.

С последним шлепком наших тел друг о друга, Милана откинулась назад. Из её прикрытых глаз брызнули слёзы, из груди вырвался протяжный сладкий стон. Я сгрёб в кулак её локоны и принялся слизывать со щёк слёзы. Сладко-солёная… На лбу её блестели капли пота, она дрожала и цеплялась за меня. Крепко прижав её к себе, я кончил. По венам разлилось блаженное удовлетворение. Чувствовал, как она сжимает меня собой и дурел от этого. Как же хорошо… Несравнимо ни с чем. Чистое нефильтрованное удовольствие без примеси фальши. Вот так. Так и только так.

— Может быть, съездим в город, запишем тебя на прием к гинекологу? Надо вынуть из тебя этот имплант к чертям собачьим, — сказал я, когда мы, немного отдышавшись, привели себя в порядок.

По-хорошему, и спрашивать её не стоило, но вопрос вырвался сам собой.

— Можно сразу сходить, если будет место, — тут же ответила Мила, собирая волосы в хвост не пойми откуда взявшейся у неё резинкой.

Я усмехнулся, и она, заметив это, посмотрела на меня с непониманием.

— Не думаю, что это хорошая идея, — пояснил я и, видя, что она всё ещё озадачена, красноречиво прошёлся по ней взглядом.

Кажется, до неё наконец дошло, ибо щёки её тут же вспыхнули."

"— Да… — смутилась она. — Как-то я… не подумала. Давай просто запишемся. Заодно заедем пиццу поедим.

Уголок моего рта снова дрогнул. Пицца — это, конечно, святое. Тем более в Италии.

Клинику для Миланы я выбрал ещё накануне — частный центр, расположенный в отдельно стоящем здании в центре города, неподалёку от улицы с множеством частных лавчонок и бакалейных лавок. Припарковав машину, отстегнул ремень и, выбравшись на улицу, открыл дверцу для Миланы. Её ладошка тут же утонула в моей — маленькая, узкая, с длинными красивыми пальцами пианистки. Я невольно провёл по костяшкам большим пальцем и улыбнулся воспоминаниям. У матери тоже были красивые руки: изящные запястья, ухоженные кисти. Только пальцы не такие длинные.

Оказавшись под солнечными лучами, Мила прищурилась. Осмотрела стоящее перед нами здание.

— Выглядит дорого, — едва заметно улыбнулась она. — Можно было и что попроще…

— Нельзя, — ответил я спокойно, но твёрдо. — У моего ребёнка должно быть всё только самое лучшее. Тем более, если дело касается здоровья.

Спорить она не стала. Поставив машину на сигнализацию, я взял Милану за руку и повёл ко входу.

— Вандор! — внезапно раздалось позади нас, и я невольно напрягся. Обернулся и увидел идущую к нам навстречу женщину. — Вандор, — повторила она с лёгкой улыбкой, и мне захотелось выру

=13.