Мой хозяин 2

— Вандор! — попытавшись подняться на ноги, всхлипнула я. На плечо тут же опустилась тяжёлая рука охранника, и я осталась стоять на коленях. — Я так…

— Через полчаса ты уезжаешь, — наконец прочеканил он. — У моего отца через несколько дней юбилей, и он ждёт свой подарок.

— Подарок? — переспросила я, совершенно не понимая, о чём он.

— Ты — подарок для моего отца, — в упор глядя на меня, произнёс он, и сердце моё упало куда-то вниз. — Думаю, он останется доволен. Мой отец умеет ценить качественные вещи. В том числе и качественных шлюх. А твои способности оценить у меня возможность была.

Каждое его слово прожигало меня, било наотмашь. Что он говорит?! Подарок?! Отцу?! Способности?! Нет, прежде я не плакала… Слёзы полились теперь. Крупные и горячие, они ручьями текли по моим щекам, оставались на губах солью. Я слизнула одну кончиком языка и, не веря в то, что слышу, покачала головой.

— Подарок? — снова шепнула я. — Вандор… Ты же сказал там в ресторане… Ты же сказал, что я… я твоя…

— Уведи её, — резко оборвав мою истерику, бросил Вандор, и меня дёрнули с пола.

Голова моя мотнулась, словно у тряпичной куклы, колени подогнулись, и я едва вновь не оказалась на полу. Вандор больше не смотрел от меня. Не оборачиваясь, он пошёл к выходу из гостиной.

— Вандор! — крикнула я ему вслед и попыталась вырваться, но сделать мне этого, конечно же, не позволили.

— У Вас есть полчаса, чтобы переодеться, — сухо проговорил охранник и повёл меня к лестнице. — Горничная поможет.

Я заметила возникшую рядом женщину с непроницаемым лицом. Горничная?! Стэлла… где Стэлла?

— Где Стэлла?! — вскрикнула я, снова пытаясь вывернуться.

Мне никто не ответил. Ни на этот вопрос, и ни на один из тех, что я задавала, пока мы шли до моей бывшей спальни, где меня уже ждало разложенное на постели короткое чёрное платье.

Вандор

Сделав глоток, я поставил стакан на стол и устремил взгляд в окно. Честно говоря, хотелось разъебашить всё к чёртовой матери! Кулаки так и чесались, и если бы не плечо, я бы уже давно был в зале. Плечо… Повёл им и ощутил резкую боль. Это немного отрезвило. И дело было вовсе не в выпитом мною виски — он-то как раз не лез в глотку. Меня разъедали ярость, не унимающееся раздражение и дикая ревность. Нездоровая, шпарящая по нервам, по мозгам.

Стоило мне услышать отчёт Артура, увидеть выглядывающую в прорезь халата грудь проклятой суки, её гладкий лобок, как я пожалел, что не приказал подвесить ублюдка Кондратьева за член в том же номере, где мои люди застали его с девчонкой. Меня выворачивало, выкручивало. А теперь ещё отец… Сука! Из-за неё я потерял троих своих парней, из-за неё я сам схлопотал пулю и мог бы уже оказаться на том свете.