Мой худший друг

Оставляю дорожку из мягких прикосновений.

Кладу ладонь ей на бедро. Пальцы скользят под кромку платья.

Внутри все огнем горит. Эмоции смешиваются с возбуждением и требуют выхода.

Глубокий вдох, крепче вжать ее в себя, накрыть блондинистую голову руками и прижать к груди. Сильно-сильно.

Меня штормит. Я ее сейчас от самого себя прячу.

Слышу ее тихое недовольство. Она что-то бормочет. Ругается.

Прическу я ей порчу.

Потерпит. Лучше так, чем… Неважно.

Делаю шаг назад. Отдаляюсь, выпуская ее из рук. Пячусь. Растираю лицо ладонями и зажигаю свет.

Аринка морщится. Сидит растрепанная и ошарашенная. Губы ярко-розовые, грудь вздымается.

Ее взгляд мечется по моему лицу, ползет ниже, как раз туда, где натянулись джинсы.

Громова сглатывает и аккуратно сползает с подоконника. Оттягивает подол платья, поправляет волосы, небрежно убирая их за уши.

– Пятая серия, ты говорила? – хриплю, пытаясь прийти в себя.

Арина только кивает.

Беру ноутбук и, плюхнувшись на кровать, вбиваю в поисковике название сериала.

За Аринкой слежу перманентно. Она молча проходит мимо. К двери.

Уйдет? Сейчас, серьезно?

Меня подмывает что-нибудь сказать или вскочить на ноги, но до того, как я это делаю, свет в комнате снова гаснет.

– Ярко, – поясняет Арина и забирается ко мне под бок.

Сглатываю.

Она издевается сегодня, походу.

– Пятая серия, – смотрит в ноутбук, потом на меня. – Чего? – так удивленно, блин.

– Да так.

– Можно на тумбочку поставить или на стул.

– А… Да, – цепляю стул ногой и придвигаю к кровати.

Арина тем временем устраивается рядом, накрывая ноги пледом. Она сегодня без колготок, и, честно говоря, так даже лучше. В прошлый раз я полночи о ее ногах в черном капроне фантазировал…

– Все же нормально? – спрашивает, вглядываясь в мое лицо, которое освещает свет от ноутбука.

И смотрит так еще, взволнованно, что ли.

– Да.

– Просто ты так отреагировал, я не поняла, хорошо это или плохо.

– Прекрасно, – закидываю руку ей на плечи и притягиваю ближе.

– Точно?

Киваю.

– Каникулы скоро, – вздыхает и снова на меня смотрит.

– Кайф же.

– Мы с мамой летим отдыхать. На всю неделю.

На такое я не рассчитывал, вот совсем. Неделю ее не видеть – это вообще теперь реально?

– Если на всю неделю, то эти выходные мои, поняла?

– В смысле?

– Если зову с собой, значит, едешь без всяких сопротивлений.

– А уроки?

– Днем, – целую ее, – а лучше утром. Вечера точно мои.

Арина облизывает губы. Заглядывает в мои глаза. Улыбается, а потом едва заметно кивает.

– Хорошо. Твои, – обхватывает мои щеки ладонями.

– Отказы не принимаются, имей в виду.

– Отказы в чем?

Ее бровь ползет вверх. Я мешкаю, не сразу соображая, что звучит двусмысленно. Да блин, не звучит. Это я со своей манией так воспринимаю, а она явно подкалывает.

– Договоришься, и будет во всем.