Мой кровный враг

Мне показалось, что далеко, на пределе слуха – слуха хранителя – стучат копыта, но тут же зафыркали, переступая ногами, лошади в стойле, заглушив этот неясный звук, если он вообще был. А потом Рэндольф заговорил, и мне стало не до чего.

– Два года назад на этом же месте я наблюдал, как к замку подъезжают войска наших соседей. Они заночевали у нас, а на следующее утро часть гостей уехала. Их вел сэр Эдвард Эйдо. Уехал и я, ведя людей моего отца – в замке почти не осталось защитников. У самого отца еще имелись дела в замке, и он собирался выехать на следующее утро вместе со своим другом лордом Беорном Эйдо и остальными его людьми – теми, что не отправились с Эдвардом. Беорн говорил, что так будет разумней, в нынешние времена не стоит путешествовать без большого отряда, слишком много стало чумных…

Рэндольф надолго замолчал, глядя в темноту. Снова развернулся ко мне."

"– Я думал, что уезжаю, чтобы защитить от чудовищ свою семью. Жену. Сына. Еще одного нерожденного ребенка – Бланш узнала о нем за неделю до моего отъезда. Я вернулся через три месяца, и оказалось, что я изменник и сын изменников, дома у меня больше нет, а тела членов моей семьи гниют во рву когда-то моего замка. Пока я оправлялся от ран, чудовища в человеческом обличье забрали у меня все.

Глава 24

Рэндольф хищно улыбнулся.

– Что, даже не выразишь соболезнования?

– А ты примешь их? – Кажется, я не смогла бы отвести взгляд от его глаз, полных ненависти, даже если бы захотела. Но я не хотела. Если гордиться заслугами предков, как своими, значит, и за их злодеяния придется отвечать, как за свои. Значит, мне придется смотреть в глаза Рэндольфу и слушать все, что он скажет.

Потому что, кто бы ни схватился за оружие первым той ночью, ни женщина, ни ребенок не были ни в чем виноваты. Резня, за этим последовавшая, полностью на совести моего отца.

– Не приму.

Рэндольф взял меня за руку и потащил за собой. Слетел вниз, размашистым шагом пересек двор – я едва поспевала за ним.

– Когда до меня дошли слухи, что Ричард тебя пощадил, – проговорил он на ходу, – я возмутился сначала. Даже написал ему, требуя покончить с тобой. Чтобы не осталось никого из вашего проклятого рода. – Он подтащил меня к себе почти вплотную, заглянул в лицо. – А потом понял, Ричард все сделал правильно. Идеальная месть: чтобы ты точно так же осталась одна, лишившись всех, кто был тебе дорог. Осталась жива. – Он оскалился. – Мертвым не больно. А живая, ты будешь помнить их. Всех, поименно, как помню я. Сколько бы лет ни прошло.

Я все-таки не выдержала его взгляда – отвернулась, смаргивая слезы. Неужели Ричард в самом деле сохранил мне жизнь только поэтому?

– И даже если вдруг вздумаешь забыть – он будет рядом, чтобы напомнить. Ты ведь теперь хранитель, а он – твой командир. Никуда не денешься.