Мой любимый Метаморф

Бродил по парку некоторое время, вернулся в общежитие, игнорируя сообщения о засчитанных мне пропусках. Лежа в комнате в своей кровати, пытался разобраться в себе и чувствовал, что тону в недопонимании все сильнее.

Может я действительно глупец и просто позорный придурок, что так жажду этой связи со своим другом? Может, он и не женщина вовсе? Может, он действительно какой-то лазутчик врагов, который просто пару раз решил воспользоваться мной, а я теперь, как покорная собачонка, бегаю за ним в поисках его внимания?

Закрыл глаза, не в силах справиться с ужасными чувствами отвращения к себе и горечи, как вдруг дверь в комнату со щелчком открылась, и на пороге появился Марк: занятия закончились.

Я сделал вид, что сплю. Почувствовал, как он замер на пороге, скользнул по мне взглядом, а потом заторопился к своей кровати, снимая верхнюю одежду и оставляя планшет на прикроватном столике.

Я приоткрыл глаза. Марк стоял ко мне спиной, потом подошел к шкафу, взял полотенце и, не глядя на меня, ушел в душ. Послышался шум воды, а у меня перед глазами возникла картина, как мыльная пена стекает по его гладкой щеке и ползет дальше на тонкую женственную шею… Меня сразу же проняло, и я вскочил на ноги, как ужаленный.

Я уже начал мечтать наяву! Фантазий мне только не хватало!!! И так жизни нет!!!

Я сделал пару вдохов, потом присел на кровать. И все же нам надо поговорить. Неужели он думает, что можно меня игнорировать после всего, что произошло между нами в доме моих родителей? А я ведь даже предложил ему себя, как семью, я открыл ему свое сердце…

Марк вышел из душа быстрее, чем я ожидал, поэтому я невольно вздрогнул. Он был в одних штанах, с оголенным торсом, чего раньше никогда не случалось.

Мокрые волосы облепили узкий овал его лица, и он осторожно тряхнул ими, перебрасывая длинную челку на бок, а я… замер, как полный придурок, понимая, что меня к нему по-прежнему дико влечет.

В этот момент он, наконец-то, тоже взглянул на меня. Наши глаза встретились, и я не удержался от нервной дрожи по телу.

В его взгляде не было холодности или отчуждения. Наоборот, он смотрел мягко, но только… немного обреченно. Присел на свою койку, не отрывая от меня глаз, и произнес:

— Макс, спасибо, что помог мне… Спасибо, что хочешь быть моим другом и… прости за то, что я сделал… у тебя дома, — он опустил лицо, сильно смущаясь, — я просто был пьян…

У меня внутри все замерло.

Просто пьян? Он хочет мне сейчас сказать, что это была обычная глупость перебравшего человека? Да он выглядел совершенно трезвым! Мне стало неприятно. Значит, все закончилось, не начинаясь? Мне стало так больно, что я поник. Помрачнел. Никогда не думал, что его отказ может так сильно меня задеть.