Мой любимый Метаморф

Он резко отстранился от меня и отвернулся, хотя и продолжал какое-то время тяжело дышать.

Я ему нравлюсь. По крайней мере, привлекаю, как женщина. Но он останавливает себя, хотя я и не запретила. Поняла, вдруг, что мне это импонирует. Он не бросился на меня, как обезумевший самец при виде обнаженной самки, а удержал себя в руках. Благородство? Какая редкость!

Я невольно улыбнулась.

Да, Талиэн мне определенно нравится. По-настоящему нравится!

Но улыбка быстро сползла обратно: сейчас все же не до любовных игр.

Талиэн размашистым шагом двинулся куда-то в сторону и остановился напротив странного ящика на полстены.

Дернув его дверцу на себя изо всех сил, он определенно выломал замок, зато мгновенно достал изнутри… некое подобие темно-коричневого комбинезона и протянул его мне.

— Оденься, — пробормотал он, не глядя на меня, словно боялся сорваться.

— Что это? — немного брезгливо спросила я, протягивая руку к комбинезону. Он четко уловил мое неприятие и объяснил:

— Не бойся, эти вещи стерильны. Это запасные комплекты одежды, которыми пользуются техники, когда им приходится сутками оставаться на рабочем месте.

Я удивилась.

— Откуда тебе это известно?

Талиэн замялся…

— Я… в какой-то степени киборг, поэтому… накачан достаточным количеством информации.

Я опешила. В смысле киборг? Он что — не живой???

Талиэн резко поднял ко мне свое лицо. Как будто уловил даже мысли. В чертах его повисло напряжение. Он напомнил мне натянутую струну, которая вот-вот порвется. Так, запретная тема!!! Срочно обходим ее!

Я усилием воли продавила свои эмоции и мгновенно выплеснула в него порцию спокойствия и примирения. Он тут же расслабился. Неужели действительно так сильно зависит от меня? Надо бы обо всем этом осторожно разузнать…

Повертев в руках комбинезон, начала его на себя натягивать.

Талиэн мгновенно отвернулся, позволяя мне избавиться от платья без свидетелей. Комбинезон ожидаемо оказался большим и теперь болтался на мне, как тряпка, но это было действительно лучше, чем тонкая тряпочка-разлетайка на голое тело.

Когда я закончила, Талиэн осторожно двинулся вперед, открывая следующую дверь.

— Где-то здесь должно быть помещение для хранения инструментов. Иногда в них оставляют сухпайки и воду — на случай непредвиденной блокировки дверей при аварии, — ответил он на мой незримый вопрос (все-таки у нас была глубокая ментальная связь, но почему-то он чувствовал меня острее, чем я его.

Он умеет ставить ментальные блоки?).

— Вот оно! — добавил он, указав на невзрачную белую дверь. Эта дверь тоже была заперта, но замок легко согнулся в руках Талиэна, словно это был не металл наивысшей прочности, а тонкая бумага. Я и восхитилась, и насторожилась одновременно. Чистокровные цвинны на такое не способны.