Мой любовник

В первую же ночь и день в чреве этого лагеря, на него напали его ровесники, проходящие здесь подготовку, заприметив его статную одежду — единственное, что ему было дозволено взять с собой. Это доказало, как он был слаб в руке.

В те тяжелые часы он удивил не только их, но и себя самого.

Именно тогда он узнал, также как и они, что хотя он и был воспитан аристократом, по венам Дариуса текла кровь воина. И не простого солдата, а Брата. Даже без обучения его тело знало, что делать и как ответить на физическую агрессию пугающим действием. Даже когда его разум боролся с жестокостью его поступков, его руки, ноги и клыки точно знали, что их проявление было необходимым.

Существовала другая сторона его самого, незнакомая, непризнанная… которая, почему-то казалось, больше была «им», чем то отражение, которое он так долго рассматривал в освинцовоном стекле.

Со временем, его боевые навыки стали намного умелее… и его страх сам собой постепенно сходил на «нет». По правде говоря, не было другого пути, на который он мог бы вступить. Семя его настоящего отца и отца его отца, и отца деда было впитано его кожей, костями и мускулами, а чистая родословная воина превратила его в могучую силу.

И ужасающего, смертельного противника.

На самом деле, он обнаружил, что весьма тревожно иметь эту другую личность. Как будто следуя своим путем, он отбрасывал две тени на землю, словно там, где стоял он, было два отдельных источника, освещающих его тело. И все же, несмотря на проявление самого себя таким отвратительным, насильственным образом, оскорбляющим чувства, которым был обучен, он знал, что это было частью той, высшей цели, которой он был предназначен служить.

И это спасало его снова и снова… от тех, кто стремился причинить ему вред в лагере, и того, кто, казалось, желал им всем смерти. На самом деле, Бладлеттер был якобы их наставником, но действовал он больше, как враг, даже когда наставлял их в военном ремесле.

Или, возможно, это было его смыслом. Война была уродливой, независимо от того, с какой стороны была показана: была ли это подготовка или участие в ней."

"Обучение Бладлеттера было жестоким, а его садистские веления требовали действий, в которых Дариус не хотел принимать участие.

Воистину, Дариус всегда выходил победителем в состязаниях между проходящими подготовку…, но он не принимал участие в изнасиловании, которое было наказанием тем, над кем он одерживал верх. Он был единственным, чей отказ вызвал уважение. Однажды отказавшись от этого и тем самым бросив вызов Бладлеттеру, Дариус почти изувечил его, и воин больше никогда не приближался к нему впредь.