Мой наследник

Белая рубашка небрежно расстегнута. Влажные волосы хоть и зачесаны назад, лежат крупными кудрями. На лице снисходительная улыбка.

– Мы вам не мешаем? – мысленно передразниваю саму себя и морщусь раздраженно. Барин на балкон вышли, а тут девки дворовые кланяются. Тьфу!

Словно жаркой волной накатывает злость.

«Нужно все-таки иметь чувство собственного достоинства, – вздыхаю натужно. И вернувшись к проверке, подчеркиваю ошибки. Без всякого сожаления ставлю трояк и быстро берусь за следующую тетрадь. Отвлекаться ни в коем случае нельзя. Зоя Михайловна, кажется, изучила «СтарХит» вдоль и поперек и теперь жаждет обсуждений. С кем, неважно! Были бы свободные уши.  Спасибо, не надо!

– Светочка, – окликает меня физичка медовым тоном. – Посмотри, как у Аллы и Максима детки выросли. Такие милые…

Киваю, не собираясь спорить. О жизни Галкина и Пугачевой я слушать не хочу. Но, видимо, придется. Зоя начинает разглагольствовать, не обращая внимания на мой слишком занятой вид.

– Ты только глянь, – заявляет она, показывает мне фотку севшей на шпагат Волочковой. И подложив кулачок под пухлую щеку, причитает об отсутствии цензуры в печатных изданиях.

Снова киваю и слушаю из вежливости. Хотя я искренне не понимаю, зачем интересоваться чужой жизнью, когда в личной – полный бардак? Мне бы в своей разобраться. Узнать, кто прислал гнусное предложение.

Внутри все закипает, стоит только подумать о  эсэмэске. Кто же так веселится? Неужели мои девчонки? Недаром вечно насмехаются надо мной и дразнят меня последней девственницей планеты.

Ну, погодите, птички!

Делаю снимок переписки и, отравив в общий чат подружкам, отправляю сообщение с множеством смайликов.

– Ваша работа?

– Русла-а-анчик! – пишет Ленка, а ей вторит Катька. – Это он тебе написал?

– Скорее Земля остановится, и Солнце упадет сверху, – пишу я, добавляя пару ехидных рожиц. – Мы обитаем в разных реальностях, девочки. Да и само предложение тухлое. Это точно не он! Руслан не мог. Лучше сразу признавайтесь."

"– Не я, – тут же откликается Лена.

– И не я, – вторит ей Катька.

– Пусть перечислит! – смеются подружки. – А то болтать каждый может.

– Идите лесом, – заканчиваю я беседу и рассеянно киваю  физичке. Стук в дверь спасает меня от истории Роми Шнайдер, которую сто пятьдесят лет назад бросил подлый Ален Делон. Подняв глаза на вломившегося в учительскую мужика в кашемире, сталкиваюсь с изучающим взглядом.

– А мне Розанова нужна. Светлана Дмитриевна…

– По какому вопросу? – спрашиваю строго. Хотя это простая формальность. Скорее всего, это папаша одного странного мальчика. Его родителей я вчера вызвала в школу.

– Я – отец Славы Федорова, – заявляет он, бросая на физичку раздраженный взгляд.

– Я вызывала вас, – киваю, вставая из-за стола.