Мой (не)выносимый сосед

Кстати, наверно еще поэтому Тим так легко принял Сашку. Лютик являл собой железобетонную гарантию того, что бате все праздники будет точно не до младшего взбрыкивающего сына.

*** Только когда сворачиваем в наш коттеджный поселок, я начинаю по-настоящему нервничать. Ладони холодеют и внутри отчетливо тихонько дребезжит. Сашка рядом с виду совершенно спокоен, улыбается, перешучиваясь с Тимуром и потихоньку выспрашивая у него о наших родных. По-хорошему все эти мелочи должна была рассказывать ему я, но в поезде как-то так вышло, что мы больше целовались, чем говорили.

Тим тормозит у кованых ворот дедовской дачи, ждет, пока они медленно разъедутся в стороны. Двухметровый каменный забор, в воротном проеме виднеется подъездная аллея, освещенная витыми желтыми фонарями, и огромный дом в английском стиле вдалеке. Сашка вглядывается в окружающую обстановку и чуть хмурится, поджимая губы. Бегущей строкой на его лице проносится, что он, конечно, понимал, что дедовская дача не будет напоминать избушку на курьих ножках, но на такую помпезность он всё-таки не рассчитывал.

Нахожу его горячую ладонь. Сжимаю, грея свои ледяные пальцы и украдкой воруя его щедрое тепло.

""Это все такие глупости, Саш…""

Я бы сказала это вслух, но не хочу при Тимуре. Общаюсь прикосновением.

Тим паркуется на просторной стоянке справа от дома. Машин здесь пока почти нет. Основная масса родственников и гостей заявится завтра, тридцать первого. Сегодня же, по всей видимости, посидим в тесном неполном семейном кругу. Хочется верить, что еще и радушном, но предчувствие надвигающегося апокалипсиса все отчетливей с каждой секундой.

– Ратмир сказал, что уже не было билетов из Москвы, только самолет, ночью прилетит, – поясняет Тимур, выключая зажигание, – У Рустама из Эмиратов самолет утром, Азат с ним, он ездил – смотрел игру, Рам с Леной завтра вечером вернутся из отпуска, только племяшки тут. Ну и Дамир со своими. Еще должна была тетя Ани приехать, не вижу машину....

– Ясно, – вздыхаю я, вылезая из джипа.

Тимур отдает Сашке наши вещи, и мы втроем, как по команде притихшие, направляемся в дом.

19.

Тимур, не звоня, толкает дверь, и я машинально ищу Сашкину ладонь, чтобы крепко сжать ее, но вовремя одергиваю себя. Это будет лишним. Колени превращаются в желе, отказываясь удерживать тело в вертикальном положении. Надо было отцу тоже заранее позвонить, но я просто…чертова трусиха! И только сейчас до меня доходит, что это тоже его резанет. Матери сказала, а ему – нет. Как так?!

Яркий свет в просторном коридоре после улицы бьет в глаза. Родной запах дома, смешанный с густыми ароматами приготовленной еды, окутывает прямо с порога теплым, уютным облаком. Входя внутрь, убеждаю себя, что все будет отлично, и зря я себя так накручиваю.