Мой (не) случайный

Силы явно не равны, его пальцы не разжимаются. Александр вдруг наваливается на меня, прижимая к стене. Чувствую его сильное тело, запах врывается в легкие. Он так близко, что ноги сами собой подкашиваются. Я вроде трезвая, но меня снова обезоруживает его близость. У этого мужчины очень сильная мужская энергетика, которая действует на меня как гипноз. Замираю, сглатываю, поднимаю голову, заглядывая в его серые холодные глаза.

— Аля, — понижает голос, наклоняется к моему виску и хрипло вдыхает. — Я не пацан уже… — еще один глубокий вдох, стаскивает с меня капюшон, снова вдыхая запах моих волос. — За женщинами, в принципе, не бегал.

— Поздравляю, все когда-то происходит впервые, — нервно усмехаюсь, продолжая по инерции кусаться, хотя сама уже неровно дышу к этому мужчине.

— Аля, — усмехается мне в волосы. — Да, правильное определение — впервые со мной такое. Сам немного обескуражен. Ты неожиданно ворвалась в меня и… — не договаривает, зарывается ладонью в мои волосы, сжимает их и поднимает мою голову, притягивая к своим губам. — Подари мне день. Двадцать четыре часа, — просит в мои губы. — Если ничего не возникнет, я отступлю, и мы больше никогда не встретимся.

Не целует, просто водит своими губами по моим, и глаза закрываются. Это словно опьянение, голова кругом, тело ватное, так хорошо, волнительно, сердце сладко сжимается, по коже прокатываются мурашки, и хочется сказать этому мужчине «да».

Глава 12

Александр

Аля не отвечает, но ее податливое тело, поплывший взгляд и губы, которые впускают мой язык, говорят мне «да». И я целую ее так, чтобы окончательно поплыла, потерялась во мне и забыла слово «нет». Наглею, пользуясь моментом, целую, как давно не целовал женщину, я в принципе последний год не придавал поцелуям особого значенья. Мне казалось, я уже перешёл на более циничный уровень в отношениях с женщинами и мной управлял расчет. А с этой Лисой теряю голову, как пацан, совершая несвойственные для себя поступки. Бегаю за ней, как пацан, в чувствах признаюсь, прошу о свидании, целую в грязном, обшарпанном подъезде.

Аля в пижаме, тапочках, домашняя, растрёпанная, мягкая, теплая, вкусная до умопомрачения. И я понимаю, что именно этого в моей жизни и не хватает. Именно такой женщины.

Я прошу у нее двадцать четыре часа, обещаю отступить, если ничего не возникнет. Блефую. За сутки она станет моей. Мне все уже предельно ясно. А этот день на самом деле нужен Але.

Отпускаю ее губы, триумфально улыбаюсь, когда заглядываю в ее пьяные глаза. Это моя женщина, ее так же прет, как и меня.

— Пойдем, — беру за руку, сжимаю ладонь, чтобы не сбежала. Она может. Сам открываю дверь ее квартиры, взмахом руки приглашая войти. — Проходи.

— Ну спасибо, — цокает она. Ключ не отдаю.

— Собирайся, — распоряжаюсь я.