Мой ненастоящий

Я подозревал что-то такое, но не думал, что все так печально.

Какой же свинья, а… Даже сейчас надо мной подтрунивает. Хотя чего я хотела? Ответного признания? Ха-ха! Очень смешная шутка!

— Ты пахнешь мной, знаешь? — неожиданно интимно шепчет мне Влад, вновь проходясь губами вниз по моей шее. — И если честно, я очень хочу, чтоб ты пропахла мной сильнее. А еще я хочу жрать. Не есть, а именно жрать, понимаешь разницу?

Я понимаю. Честно говоря, со всеми сегодняшними происшествиями, я и сама не поела ни разу.

— Поедем все-таки домой? — я прикрываю глаза, заставляя себя отключиться от эмоций. Они никогда не помогали. — Домработницы сегодня не было, но я приготовила оладьи. К нашему приезду они превратятся в сухарики, но мы можем их погрызть…

— Ох, Цветочек… — толком я не очень понимаю, что значит этот глубокий вздох, но им определенно можно снять с меня кожу.

По всей видимости, это «да», потому что парой минут спустя мой муж размыкает руки и тянет меня к машине. И таксисту, который косится на счетчик и просветленный заводит двигатель.

Я просто ежусь, унимая внутренний озноб. Я ведь ничего не ждала в ответ. Я понимала, что и кому говорю, и…

Горячая ладонь Влада стискивается на моих пальцах, настолько сильно, что я даже ойкаю, оборачиваясь к нему. И встречает меня очередной пристальный взгляд, пьющий мою душу мелкими глотками.

— Я подумаю над тем, что ты сказала, Маргаритка, — обещает Влад невозмутимо, — и я ускорю свои планы, чтобы лечь в клинику раньше. Но в этом случае, если я что-то делаю — это не обсуждается. А завтра мы с тобой летим в Париж.

Я округляю глаза, пытаясь уловить нить его мысли, что внезапно вывернула к Парижу.

— Не обсуждается, — повторяет Влад, явно чтобы напомнить мне свои условия, — я решаю свои проблемы за десять дней и ложусь на операцию — ты со мной не воюешь. Согласна?

Слово «нет» даже не рассматривается как вариант для ответа.

Лишь бы за эти десять дней ничего не случилось…

42. Влад

— Я думала, это шутка… Насчет Парижа…

Цветочек цепляется в ручку чемодана как в спасительную опору и, вытаращив глаза, вертит головой во все стороны. Кажется, в аэропорту девочка в первый раз и ощущения у неё сейчас — примерно как у моей племянницы, которую Яр месяц назад выгуливал в Лондон, для «языковой практики». Прошедшей, кстати, весьма успешно. Малявка растет полиглотом, вся в мать…

Цветочка же я и вправду лихо взял в оборот. Она не успела проснуться, а новенькая, присланная из агентства вместо Яны домработница уже явилась по душу моей жены уложить чемодан по выданному мной списку.

— Никаких шуток, моя Маргаритка, медовый месяц у нас с тобой изволил примерить белые тапочки, но три дня в Париже мы можем себе позволить.