Мой неидеальный мужчина

— Хочу, — целует в висок и отходит к столу, чтобы наполнить свой пустой бокал красным вином. — Ты ужинала?

— Пока Сашу кормила, перекусила немного.

Иду в зону кухни, включаю мягкий, приглушенный свет над плитой и замечаю хрустальную вазу с шоколадной крошкой, так и оставшуюся на столешнице. В холодильнике на десерт приготовленные шарики из творога под клубничным джемом. Осталось посыпать натертым шоколадом и кокосовой стружкой. Включаю плиту и разогреваю рагу.

— Как он? Уснул давно? — не замечаю, как Дима подходит ко мне сзади и обнимает за талию одной рукой, во второй держит два бокала с вином. Ощущаю его жаркое дыхание на затылке.

— С девяти вечера спит. Мы с ним сказки перед сном читали. Ждал тебя. Спрашивал, почему папы долго нет. Скучает по Илье...

— Я уезжаю в командировку на эти выходные, — неожиданное заявление шокирует настолько, что пальцы, не удерживая крышку, отпускают её. Она с грохотом приземляется на дымящуюся паром кастрюлю.

Дмитрий.

Оглушающий звон простреливает виски. Да ну нахрен такую реакцию!

— Не обожглась? — хватаю её за запястье и подношу кисть ближе к свету, рассматривая пальцы. Вторую руку девчонка сжимает в кулак, опираясь ею о кухонную столешницу. Блять! Устал, как черт! Вымотался за день. Хочется молча, без истерик, завалиться в кровать и отключиться до утра.

— Меня не будет всего два дня, что с тобой, Ася? — ставлю бокалы на мраморную поверхность, выключаю плиту и разворачиваю к себе. — Тебя как будто подменили. Утром ты светилась вся. Что опять не так?

Отворачивается обратно к плите. Дрожащими пальцами поднимает с блюдца деревянную лопатку и застывает без движения. Робкий голос слетает с уст:

— Дим, после взрыва твоего автомобиля всего ничего прошло. Перенести поездку нельзя? Ты... — делает рваный вдох, — выглядишь измотанным. Мы только пережили эту чёртову аварию... и... и... — снова втягивает воздух, задерживая его в легких. Да что ж за день такой?

— Нельзя, малыш, — опускаю ладони на подрагивающие плечи, зарываясь лицом в её волосы, — моё присутствие обязательно. Ты же всё прекрасно понимаешь...

Пальцы сами сжимаются на ней, напоминая о том, что я рядом, что она для меня — моя вселенная.

— Не уезжай, прошу... — проникновенно взмолилась, будто чувствуя что-то неладное.

Слышу тихий всхлип. Да твою же мать!

— Повернись ко мне, — мой голос становится тверже. Очередной грёбаный момент, когда нервы натягиваются подобно электрическим канатам в шторм. С ней, как на войне. Телом овладевает напряжение. Раньше я мог позволить себе вытрахать из неё любую чушь и прийти к согласию, сейчас боюсь лишний раз пальцем касаться, чтобы не переборщить с силой, чтобы не вытащить наружу спящую боль... — Покажи мне своё лицо, Ася.

— Всё нормально, Дим, давай я стол накрою.