Мой неидеальный мужчина

, ааай! — в очередной раз кричу, сжимаясь вся, едва не опускаясь грудью на раковину, когда ноющая боль перетекает резко в схваткообразную. — Больно, Кааать! — хватаюсь рукой за живот. Меня резко выворачивает желчью. Снова и снова.

— Держись крепче за раковину, — кричит подруга, отходя от меня всего на миг, — я только кнопку вызова нажму!

Облачённая в больничную тонкую сорочку, чувствую, как по всему телу проходит сухой жар, а следом за ним позвоночник обволакивает ледяная волна. Начинает трясти. Катя подбегает, обнимает за талию.

— Потерпи, подружка, сейчас должны прийти врачи. Что болит, Ася?

— Живот, — стону, закусывая почти до крови губу. — Ммм.., Боже! Всё болит... Особенно голова и поясница.

Чувствую, как из влагалища выскальзывает что-то горячее и очень вязкое, словно сгусток крови при месячных, только этот чуть-чуть больше. Слишком обильно и мокро... трусики мгновенно наполняются и пропитываются влагой. Страх прошивает сознание единственной догадкой.

«Выкидыш...»

Боязно тянусь к промежности, зажимая её дрожащей ладонью сквозь слои хлопка. В это время распахивается дверь.

— Вам нельзя вставать, Беляева, — низкий и строгий голос мужчины крепкого телосложения привлекает к себе мой взор. Хмурый доктор в белом халате под два метра ростом, смерив меня с головы до ног неодобрительным взглядом, сосредотачивается на моей руке между ног. Едва стою, ощущая, как во все мышцы проникает слабость.

— Вика! — кричит кому-то в приоткрытую дверь и тут же вместо Кати обхватывает моё вялое тело огромными лапищами, не позволяя свалиться на пол. Подруга молча отходит в сторону, шокированная происходящим. В палату из коридора влетает молоденькая медсестра.

— Да, Эдуард Васильевич? — устремляет внимание на выступающую кровоточащую вену на кисти моей руки. — Вот блин! Зачем вы сами вытащили иглу?

— Беременную Беляеву срочно на УЗИ! Выкидыш в действии.

Холодным и стальным голосом подписывает приговор, затягивая на моей шее верёвку безысходности.

Смотрю, как под пальцами на сорочке проступает алое пятно и хочу спрятаться в тихом и укромном углу, чтобы никого не видеть и не слышать, чтобы попытаться хотя бы на время отключить противоречивые чувства и не винить других в своей участи...

Дмитрий.

«Димааа!.. Димочка!.. Неееет!..» — прозвучавший в голове крик Аси приводит меня в сознание. Резко распахиваю глаза, устремляюсь взглядом на источник света в больничной палате. Замечаю у окна знакомую фигуру. Легчает. Бес смотрит на улицу, скрестив руки на груди, задумчиво постукивает плечо девайсом.

— Кирилл? — едва нахожу в себе силы приподняться на локтях и просипеть. — Давно ты здесь? Где Ася?

Тревога за любимую женщину с разгону прошибает болью грудную клетку. Стону, обессиленный падая на подушку.