Нелюбимая для огненного дракона

– А ведь сказала… – пытаюсь защититься я, но понимаю, ему наплевать.

Он ослеплен своей злостью. И едва, я осознаю всю опасность своего положения, он впивается в мои губы так, что я успеваю лишь пискнуть и выставить руки в предупреждающем жесте, но это не спасает от беспощадного поцелуя, на котором Арон вряд ли остановится в этот раз…

Глава 30. Опасно быть рядом

Арон грубо и настойчиво впивается в губы. Его требовательность и нетерпимость проскальзывает даже здесь. Он слишком силен и не собирается сейчас отступать. Я пытаюсь вырваться. Да с такой силой, что могу покалечить себя, если сейчас не отпустят.

Дракон отступает на шаг. Смотрит на меня, как на ненормальную.

– Ты настолько меня ненавидишь, что готова покалечить себя? – спрашивает он, и я хочу закричать, что так и есть, но слова исчезают, едва открываю рот.

К собственному ужасу, понимаю, что это не так.

Внутри меня не ненависть. Внутри – боль. Жажда быть понятой, жажда быть принятой. Глупая надежда, которой быть не должно.

Не к этому мужчине, которого ослепляет злость настолько, что он готов взять меня силой, лишь бы наказать.

И дело не в ревности, ибо для того, чтобы ревновать, нужно полюбить. А у него уже есть любимая с моим ворованным лицом. Значит, дело лишь в задетом самолюбии!

И от этого вдвойне больнее. Я должна его ненавидеть! Должна!

– Какой же ты гад! – выкрикиваю я, едва сделав вздох.

Лицо Арона, искаженное такой яростью, что должны дрожать коленки, сейчас не пугает меня. Я слишком зла. Нет. Я в отчаянии.

– Гад? – переспрашивает он.

– Ты сказал, что мы должны узнать друг друга получше, но даже не попытался проверить мои слова! Сказал, что тебе не плевать на мои чувства, но что ты делаешь сейчас? Ты не только гад, но и лжец! А я ведь почти поверила тебе.

Я – поверила, а ты мне – нет! – выплескиваю ему в лицо свою удушающую обиду.

– Может, это потому, Элла, что ты давала слишком много поводов?

– Каких еще поводов?! – требую я потому, что ни капли его не понимаю.

А он вместо того, чтобы ответить, только злится еще сильнее.

– Вспомни свои слова в наш первый разговор! – рычит он, и глаза становятся ярче, но в драконьи пока не обращаются.

Наш первый разговор? Это когда он обвинил меня в слухах? О да, отличное воспоминание.

А еще он сказал, что не женится, и пожелал мне встретить свою любовь. На что я ответила, что уже встретила!

Так он к этому ведет?

– В том то и дело! Ты знал, что я не хочу этот брак. Позволил мне быть собой, вытащил из скорлупы, а потом сам же туда и загнал, едва я ощутила вкус свободы. Я думала, что хоть немного знаю тебя. Верила тебе. А ты в момент стал холодным и чужим. Присвоил меня точно вещь и даже говорить запретил! – кричу ему сквозь слезы.