Нелюбимая для огненного дракона

 – Это, что, Мышка, что ли? Зачем тебе ее фотография?

– Женюсь, – отвечаю ему.

– Чего?! – выкатывает глаза Ласо, оказавшийся у стола так вовремя. – Кто женится? Ты? На ком? На Мышке?

– Что? – тут же вспыхивают девицы, имен которых я даже не знаю или не помню. Или не хочу помнить.

Кажется, одну из них, темненькую, где-то уже видел. в академии? Нет, вряд ли. Да какая разница?

– Ты это серьезно? – беспокоится Вайт.

Его голубые глаза округляются в монеты и вот-вот вывалятся.

– Да брось! Это же шутка! – хохочет рыжий, а затем смотрит на меня и напрягается. – Так ты серьезно? А как же твоя Незнакомка?

От этого вопроса злюсь ещё больше. Не надо сейчас о ней.

– Слышал, ваши… эм… конкуренты объединятся. Из-за этого? – Вайт отлично меня понимает и меняет тему.

– Ага, – подтверждаю я, и в голове по новой крутятся слова отца о крепнущей силе врагов.

– И что ты собираешься делать? – ждет ответа Ласо.

Хороший вопрос.

Я будто на распутье. Часть меня велит не забывать, кто я и как много зависит от моих решений. А другая понимает, что тогда я потеряю ту, кого так долго искал и почти что нашел.

Я должен решить. Сам. Сейчас.

Поднимаюсь на ноги со словами: «Бывайте», и выхожу сначала из приватного зала в общий, где клубится гадкий дым, затем на улицу.

Ночь. Звезд не видно. Прохладный ветер обдувает разгоряченную плоть. Мысли успокаиваются, и теперь я точно знаю, как поступлю.

Я сделал свой выбор.

Глава 4. Проблемы

Элла Блейк:

Утром небо хмурится в унисон моему настроению. Впервые за два года не хочу идти в академию, а ведь раньше бежала туда, стараясь просидеть за общим столом во время завтрака как можно меньше.

Сегодня есть вообще не хочется. Проглатываю хрустящий тост, запиваю безвкусным чаем и покидаю дом. Самую малость моросит дождь, надо бы сходить за зонтом, но возвращаться не хочу, и потому надеюсь добежать до академии, пока не начался настоящий ливень.

За пятнадцать минут успеваю. Влетаю в просторный холл и тут же собираю многочисленные взгляды адептов.

Они смотрят на меня так, будто впервые увидели. Вон – даже рты приоткрылись.

Стоп!

Панически хватаюсь за подвеску, пытаясь нащупать ее за воротом платья – на месте. Тогда в чем дело?

– Это она, – доносятся голоса девчонок, топчущихся у высокой белой лестницы.

Оборачиваюсь, но никого нового за спиной не появилось. Они точно говорят обо мне. Вот бы знать, в чем дело. Не могли же за ночь пронюхать о помолвке!

Выискиваю среди десятков любопытных лиц одно, родное. Айла тоже вся на нервах. Хватает меня за руку и оттягивает вглубь коридора.

– Ты как? – спрашивает она.

Судя по взволнованному лицу, подруга знает по более меня.

– Нормально. Но никак не пойму, почему все так смотрят, – сообщаю я ей и все еще ежусь от странного чувства, будто стою нагая.