Мой сводный идеал

Из комнаты Руслана слышалась музыка, а из комнаты Князя ― удары по боксерской груше.

Я вошла в свои хоромы, бросила сумку на пол и устало села на кровать.

И тут в дверь тихо постучали.

― Можно? ― дверь приоткрылась и в комнате показалась голова Князя.

Во мне все закипело. Так много хотелось высказать ему по поводу его подружки. Но на сегодня весь запас сил и красноречия, увы, был исчерпан.

― Чего тебе? ― грубо бросила я и принялась разбирать сумку.

Он без разрешения прошел в комнату. На его руках были бинты, тело блестело от пота, волосы были мокрыми, словно только после душа.

― Я поговорил с Одинцовой. Это не она виновата в нападении."

"― Да ты что? Серьезно? ― подняв на него возмущенный взгляд, усмехнулась я. ― Скажи еще, что я придумала наш разговор с ней!

― Разговор она не отрицала. Но тогда она имела в виду не нападение, а то, что вытащила из твоего рюкзака физкультурную форму и надела его на скелет в кабинете биологии.

― Чего-о? ― я вытаращилась на него во все глаза. ― Какую еще форму? Что она несет? Не было у меня никакой формы! У меня так-то освобождение от физ-ры, если что.

И тут я резко замолчала, вспомнив, как в тот день рядом со мной на скамейке сидела староста нашей группы Ирка и чуть ли не ревела, что умудрилась забыть дома форму.

И до меня дошло: у нас с Ирой почти одинаковые рюкзаки. Я даже как-то перепутала свой с ее. Но заметив, что там не было зашитой лямки, вовремя одумалась. Иначе так бы и ушла домой с чужим рюкзаком.

И Одинцова, значит, просто приняла Иркин рюкзак за мой.

И здорово подставила ни в чем не виноватую девчонку…

― Вот черт… ― я приложила ладонь ко лбу и помотала головой. ― Так вот что она имела ввиду?..  ― вслух размышляла я.

― Все? Снимаешь с меня вину за то нападение? ― смущенно улыбнулся Князь.

― Можешь извиниться даже. Если захочешь, конечно, ― глядя на меня исподлобья, скромно предложил он. ―  Нет? Ну ладно.

Князь пошел к двери, но, не дойдя пару метров, обернулся.

― Я говорил с твоим отцом. Он сказал, что твои знакомые подключили хорошие связи в полиции, чтобы найти тех упырей. Если хочешь, я тоже напрягу своих.

― Лучше напряги ноги, чтобы дойти до порога моей комнаты, ― съязвила я и тут же пожалела об этом.

В порыве злости из моего рта слова вылетали сами собой. За что я себя часто ненавидела.

Князь не торопился уходить. Он несколько секунд смотрел на меня. Пристально. Разочарованно. Молча.

― Я знаю, что ты ненавидишь меня за прошлое. Я бы на твоем месте вел себя точно так же. Но…

Он пустил взгляд, улыбнулся чему-то своему и неожиданно пошел обратно к моей кровати. Я машинально отползла к стене.

― Но ты не можешь понять одного, ― сказал он тихо и хрипло, и наклонился к моему лицу. ― Чем больше ты меня ненавидишь, тем сильнее мне нравишься. Так что можешь продолжать в том же духе.