(Не) Сокровище капитана

Похоже, вся команда решила понаблюдать за представлением. А может, являться на поединок обязательно, кто знает? Уж точно не я.

Зря Генри не взял меня наверх. Как бы я ни волновалась, нашла бы в себе силы не визжать и не падать в обморок, тем более не стала бы соваться под руку. В трюме, убивая моих несостоявшихся насильников, Генри был страшен. Смотреть на поединок, наверное, было бы еще страшнее. Но сидеть здесь и ждать его исхода казалось невыносимым.

Я раскрыла «чудо господне», пытаясь читать, но знакомые с детства слова скользили мимо разума, не оставляя следа.

Покосилась на потолок, словно могла что-то сквозь него разглядеть. Разумеется, доски палубы не стали прозрачными под моим взглядом. Возгласы стихли, сменившись настороженным гулом, словно из разворошенного осиного гнезда. Что там?

Может, все же прокрасться наверх, чтобы увидеть все своими глазами? Пока все заняты поединком, на меня могут и не обратить внимания. Не выдержав, я потянула дверь и обнаружила по ту сторону мордоворота.

— Капитан не велел вас выпускать, миледи, — проворчал он.

Я ругнулась под нос. Пленница. Товар. Может, зря я не согласилась на место корабельного лекаря? Тогда, по крайней мере, ходила бы по кораблю свободно… или нет? Как ни крути, я все равно останусь женщиной в окружении толпы мужчин, не обремененных высокими принципами.

Кто знает, чем на самом деле руководствовался капитан, запирая меня в салоне? Боялся ли, что я влезу под руку, или опасался, что в случае его гибели лорд Джеймс не успеет мне помочь, если я окажусь на палубе?

Я отступила от двери и вздрогнула, услышав выстрел. Или это были два выстрела, слившиеся в один? Тишина.

Восторженный рев десяток глоток. Чему они радуются? Победе своего капитана? Смене власти?

Снова тишина… нет, на краю слышимости уловила голос. Чей? Не разобрать… Рев. Топот множества ног. Тишина.

Какое-то время, показавшееся мне бесконечным, ничего не происходило. Я металась по салону не находя себе места. Замерла, заметив, как отворяется дверь. Кто войдет сейчас?..

— Соскучилась, сокровище мое?

Я завизжала и кинулась ему на шею, покрывая поцелуями лицо.

— Живой!

Кажется, Генри растерялся. Замер на миг, а потом вздохнул длинно и неровно, притиснул мою голову к своему плечу.

— Ну что ты. Что могло со мной случиться?

Я шмыгнула носом, зажмурилась крепче, чтобы не разреветься. Ничего не могло случиться, конечно. Видела я, какой ты бессмертный.

Он чуть отстранился, приподнял мой подбородок, заглянул в глаза.

— Неужели тебе и правда не все равно?

Наверное, надо было вывернуться из его объятий, отвернуться, всем видом показывая, насколько он мне безразличен. Но даже не смогла отвести взгляда от его глаз, разом заполнивших весь мир.