Мой враг-дракон: Разоблачить и не влюбиться (СИ)

 — Потом опять начну царапать тебя щетиной, обещаю, милая жёнушка Ани! Ты сегодня словно с картины сошла. Я скажу Илине, чтобы она нарисовала тебя в этом платье.

Илину ожидал необыкновенный взлёт: когда она показала свой талант к рисованию придворному живописцу, тот немедленно согласился сделать её своей ученицей. Могла ли она мечтать о чём-то подобном в глухой деревушке Тэни?

— Боюсь, я не смогу позировать. Я заскучаю и буду вертеться, как маленькая девочка, — я снова подошла к зеркалу и погляделась в него. — Кстати, о маленьких девочках. Эсимэ, как там Дэрна?

— Хорошо, очень хорошо! За вас молится, — откликнулась служанка.

Дэрну временно поселили во дворце, но я планировала забрать её в замок Ирр. Малышка серьёзно утверждала, что принесёт нашему роду счастье и процветание; её молитвы порой сбывались, потому жрец и взял её в ученицы.

— Там, в лесах, я тоже читала молитву. О спасении от страшного серебристого дракона. Вот почему господин Хаарвен увидел нас, — заявила Дэрна с немного пугающим выражением маленького личика, и я не решилась сомневаться в её словах. Тем более, сам Хаар сказал так:

— Я направлялся в Тэни, но что-то подтолкнуло меня, заставило изменить решение. Если это молитва малютки Дэрны, то вы обязательно должны взять её к себе! Каэму я то же самое посоветовал.

Я хмыкнула. Пока что Каэм не возражал против Дэрны, но разговоры о её необыкновенных способностях вызвали у него только снисходительную улыбку.

Да, в общем-то, какая разница, что заставило Хаара очутиться неподалёку от пещеры с алтарём! Главное, что друг помог нам, демонов больше нет, а нам предстоял праздник в честь несравненных, хитроумных и великолепных квизари — нас с Риком!

— По справедливости, Эсимэ тоже надо было бы чествовать, — тихонько возмущалась я, пока мы с Риком рука об руку шли в залу.

— Альгахри Ниарвен считает, что он и так оказал Эсимэ одолжение, позволив ей стать первым человеком-квизари, — усмехнулся Рик. — Я пытался с ним спорить, но ты знаешь, что наш благородный альгахри предпочитает своё мнение, даже неправильное, любому другому.

— Отчего же, кое-кого он слушал, — тяжело вздохнула я. Мне показалось, будто светлый день потускнел при воспоминании о Хэг-Даале.

— Забудь о нём, — посоветовал Рик. — Просто забудь, милая Ани.

— Знаешь, меня всё время терзает мысль: если бы мы поанализировали и сопоставили факты раньше… Если б я не была так беспечна по отношению к Ингерис… Если бы слепо не доверяла Хэг-Даалю…

Сколько всех этих «если»!

— Ты не могла ничего заподозрить, — в сотый раз повторил Рик.