Мой враг-дракон: Разоблачить и не влюбиться (СИ)
Я наконец-то исполнила свою мечту: — вырвалась из-под опеки старшего брата, — устроилась работать при дворе правителя белых драконов, — расследую преступления! Только есть проблема — работать надо бок о бок с кровным врагом, очень скрытным, наверняка коварным… и невероятно привлекательным! Как устоять и не поддаться его чарам, а вывести вместо этого на чистую воду? Время покажет!
Ания, не смотри на меня, как на врага. Я хочу тебе лишь добра…
— Значит, либо замок Ирр и никакой службы, либо служба и брак с альгахри? — перебила я. До сих пор не верилось, что всё это не сон, что моими словами и желаниями пренебрегли, что я снова вижу перед собой того, прежнего Каэма. — А… как же нить?
Лицо его стало жёстким.
— Она должна порваться, Ания. Должна, и я приложу все усилия для этого, — в его голосе прозвучал оттенок угрозы, от которой мне стало зябко, хотя совсем недалеко пылал очаг.
— Значит, мы с Аланой ошиблись. Ты вовсе не изменился. Просто получил то, что хотел, и притворялся добрым, пока всё шло по-твоему.
Теперь Каэм выглядел ошеломлённым.
— Ания…
— Да что «Ания»! Уходи, — я махнула рукой в сторону двери. — Не хочу тебя видеть. И не хочу ничего выбирать! Я останусь с Риком.
Несколько мгновений мне казалось, что Каэм схватит меня за руку и потащит за собой, невзирая на сопротивление. Но он сдержался, направился к двери и, прежде чем выйти, мрачно произнёс:
— Это Ассту настроил тебя против меня.
И только когда он ушёл, я дала волю рыданиям.
VIII
Рик
Жрец Унлик, хоть и выглядел хилым и ни на что не способным, был вооружён топором так же, как и люди из отряда. В ответ на мой удивлённый взгляд жрец пустился в разглагольствования:
— Когда-то, во времена первых демоноборцев, и мы, служители Невидимого Бога, владели оружием! Вы слышали историю Хайдрика Благонравного, господин Рик?
— Не слышал, — ответил я, шагая во главе отряда и чутко прислушиваясь к каждому шороху.
Жрец умолк, и вид у него был недовольный, но плевать я на это хотел. У меня и без Унлика с его рассказами было дурное настроение.
Ани осталась в деревне, а меня то и дело брало сомнение, что я правильно поступил, не разбудив её.
— Разделимся на четыре части, — сказал я отряду, остановившись посреди снежной поляны и положив руку на меч, — и разойдёмся в четыре стороны не больше, чем на пять сотен шагов. Почуете демонов холод — сразу назад и позовёте товарищей.











