Моя. Чужая. Беременная

Но не расспрашиваю, не лезу в душу. Захочет – сам все расскажет.

Под молчаливым неодобрением Татьяны, накрываю на стол. Макс ест быстро, все время хмурится, думает чем-то своем. Ощущение, что он даже не чувствует вкуса еды. После ужина сразу уходит и запирается в кабинете. Значит, дело точно серьезное.

Мы с Мирой вместе ставим посуду в посудомоечную машину и вытираем стол. Она молодец, помогает с энтузиазмом, особенно расплескивать по всей кухне мыльную пену.

– Ну что, какую сказку сегодня будем читать? – смотрю на нее.

– Давай про шоколадную фабрику!

Мире очень понравилась книга “Чарли и Шоколадная фабрика”. Мы ее уже раз пять перечитали. Теперь она цитирует отрывки и с умным видом водит пальцем по строчкам. Делает вид, что читает. Хотя с чтением у нее все не радужно. Она быстро запомнила буквы, но читать по слогам я почему-то не могу ее научить! Она просто запоминает слова. Со стороны кажется, будто девочка очень бегло читает. На самом деле, если ей дать незнакомый текст, она будет только мычать. Да и в знакомом совершенно не улавливает смысл прочитанного.

Я уже думаю сказать Максу, что надо нанять ей репетитора. Конечно, Мире еще рано в школу, но пять лет самый возраст, чтобы учиться читать и считать."

"В девять я закрываю книгу и укладываю девочку спать. Кажется, Макс до сих пор у себя в кабинете.

Замираю перед его дверью, не зная, что делать: то ли постучать и узнать как он, то ли уйти.

Но он сам открывает дверь. Мы едва не сталкиваемся нос к носу.

– Ася? – смотрит мимо меня.

– Я Миру уложила. Ты еще долго?

– Да… нет… Принеси кофе. Есть разговор.

– Кофе в девять вечера? – удивленно смотрю на него.

– Да, много работы. Боюсь, я сегодня не буду спать, – он виновато улыбается мне.

– Хорошо.

Я возвращаюсь спустя пять минут с чашкой “американо” и сливками. Макс сидит за столом, ерошит волосы и смотрит в монитор. На лице такое выражение, что зомби позавидуют, а еще очки в тонкой металлической оправе.

– Не знала, что ты носишь очки, – ставлю кофе на стол.

– А? Эти? – он снимает их и рассеянно крутит в руках. – Они для защиты. Иди сюда.

Не успеваю пикнуть, как он уже притягивает меня к себе на колени. Прижимает к груди и зарывается носом мне в макушку, а потом странным тоном бурчит:

– Если бы я только знал, Настюха, что ты вырастешь такая красивая, то никогда бы ни на ком не женился. Тебя бы ждал.

Я замираю в его руках.

Настюха?

Неужели узнал...

– Мак-а-акс? – тяну осторожно.

– Как там в Буркодьево?

– Не знаю… я там сто лет не была, с тех пор как ты меня… ой!

Захлопываю ладошкой свой болтливый рот. Вот и проговорилась!

Макс отодвигается от меня. Смотрит внимательно, строго:

– Что, и это вспомнила?

– Д-да, – нервно киваю.

– Когда?

– В больнице.