Моя. Чужая. Беременная

– Слышали, что про Настьку-то эту по телевизору говорили? Из-за нее люди погибли! Совести у нее не было!

– Да, а Жорке-то съехать пришлось! К нему тут типы подозрительные приходили. Деньги требовали.

– Ага, это все его жена виновата. Тьфу. Загубила столько людей.

– Стоп! – рявкаю, не выдержав.

Бабушки дружно смотрят на меня.

– Хотите сказать, что тут больше никто не живет? – уточняю.

– Да, Камушкин съехал. Квартиру выставил на продажу. Вчера риэлтерша с клиентом приходила.

– Что за риэлтерша? Из какой фирмы?

– А нам почем знать? – бабки пожимают плечами и теряют ко мне интерес. – Мы с ней детей не крестили.

Я возвращаюсь в машину, по пути звоню Тарану:

– Отправь парней по риэлтерским конторам в городе. Пусть узнают, кто занимается продажей квартиры по адресу…

Нужно найти этого Жорика. Найти вытрясти из него всю правду.

Не успеваю сунуть телефон в карман, как он начинает звонить.

Лариса. Пока я раздумываю, брать ли трубку, звонок обрывается. Пиликает СМС.

“Отец в больнице, в реанимации. Сердечный приступ. Стальнов, если ты не последняя сволочь, то приезжай!”

Сжимаю айфон так, что пластиковый корпус начинает угрожающе трещать. Нет, я не сволочь. Точнее, не последняя. Что-то человеческое во мне еще есть.

Набираю бывшую невесту.

– Лара…

– Макс! – перебивает меня странным голосом, и я понимаю, что она плачет. – Пожалуйста! Приезжай, мне очень страшно! Вдруг он умрет?

– Успокойся. Где ты? – перехожу на деловой тон.

– В “Эдельвейсе”. Это…

– Я знаю, где это. Сиди и жди, я скоро подъеду.

В голове бьется мысль, что нужно напомнить про документы. Но тут же одергиваю себя: еще будет время спросить, никуда они не денутся, Радзинский у меня в кулаке. Сейчас нужно узнать, что с ним случилось и постараться помочь.

2. АСЯ

Я смотрю на подарок Макса и мысленно ужасаюсь происходящему. Подарок? Подарок после такой ночи, как сегодня?

Слезы наворачиваются на глаза. Макс четко показал мое место в своем доме – содержанка. Вон за секс уже подарки идут. Я ведь не просила. Вчера это было потому что у меня гормоны шалили. А с утра отрезвляющая пилюля – дорогой браслет на запястье. И камни под цвет моих глаз. Но как же противно. Вдруг он собирался этот браслет подарить своей бывшей невесте, а отдал мне?

Я пытаюсь снять украшение, но оно не поддается. Даже зубами ковыряю застежку, но все бесполезно.

А Макс одевается. Еще и медленно так. Наверное, чтоб получше рассмотрела того, с кем спала ночью.

У-у, гад. Просто гад. Дожидаюсь, когда он уйдет, и встаю. Дрожащими руками поднимаю свою одежду. Тело приятно ломит, а я в полном раздрае. С одной стороны мне хорошо, а с другой противно.

Чувствую себя использованной. Поверила наивно, что он ко мне что-то испытывает. Решила, что между нами что-то серьезное. А по итогу – он заплатил мне за ночь.