Моя дочь от тебя

Сердце отчего-то екает, и пальцы начинают трястись. Сердце наполняется неясным чувством тревоги. Я сразу же отыскиваю взглядом Яра и Марусю, а когда убеждаюсь, что с ними все хорошо, принимаю вызов:

- Да, Свет? Что-то случилось? - с ходу задаю вопрос.

- Да, Майя Ивановна, - срывающимся голосом шепчет Света, а у меня учащается пульс. Теперь я понимаю, откуда у меня взялась эта навязчивая тревога.

- Ну? - срывается с губ резко, когда не дожидаюсь продолжения.

- Майя Ивановна, я вам звонила-звонила, а вы трубку не взяли. Я не знала, что делать! Извините! - Вдруг слышу в динамике всхлип, и у меня происходит мощнейший выброс адреналина в кровь.

Щеки вспыхивают. Голова идет кругом. Что там могло случиться такого, что Света плачет?

- Так, хватит дурака валять. Просто скажи, что происходит? - не выдерживая напряжения, повышаю голос.

- Я... я тогда написала... спросила Ярослава Михайловича, когда вы не отвечали... и он разрешил... Я не могла дозвониться вам, - сбиваясь, юлит от прямого ответа секретарша.

- Ты хочешь, чтобы у меня случился сердечный приступ? - взвинченная до предела, уже перехожу на крик. - Что, мать твою, могла произойти с самого утра такого, что ты мне звонишь и рыдаешь?!

- Сафронов сидит в вашем кабинете и роется в ваших документах.

.. - выдает на одном дыхании Света.

Меня с макушки до пяток пронизывает будто электрическим разрядом. И тело вытягивается в звенящую струну.

- Что? - мямлю в трубку. - Что он делает?

Мои уши отказываются воспринимать то, что сказала секретарша. Мозг, понятное дело, реагирует моментально, да только я не готова принять услышанное.

- Я вам звонила-звонила... - заводит ту же пластинку секретарша.

- Где он сейчас? Почему ты позволила? - не даю закончить ей.

- Ярослав Михайлович разрешил, - с надрывом отвечает девушка, и я впиваюсь взглядом в мужчину, который, подстраховывая Марусю, лазит с ней по канатной лестнице.

- Какие документы ты ему принесла?

- Личные дела сотрудников. Он сказал, что ему нужно знать, кто будет работать в его команде... Остальное я уже не слышу.

Неожиданно на себе ловлю взгляд Ярослава. Его губы растянуты в улыбке, которую трудно назвать искренней. Он смотрит на меня с таким выражением, которое говорит, что сейчас, глядя на меня, он все понимает без слов. Ему не нужны объяснения.

Как только я убираю телефон от уха, а моя челюсть сжимается сильнее, его улыбка становится шире. Надменнее. Гад! Зачем он это сделал?

Я еле дожидаюсь Яра с дочкой возле входа аттракциона. Как только Маруся оказывается в зоне моей досягаемости, тут же хватаю ее за руку и тащу за собой без каких-либо объяснений.

- Мама! Мама, подожди! Нам не отдали медали! - оттормаживается дочка, но мне сейчас не до ее капризов.

- Потом. Мы заберем все в следующий раз, - обещаю ей.

- Майя, подожди! - нагоняет нас Яр.