Моя дочь от тебя

Интересно, что Макс там делает? Нашел ли то, что не должен был? И, если нашел, что теперь будет делать? Догадается? Или же сделает вид, что ничего не понял?"

"Стоит только об этом подумать, как сердце сжимается тугим обручем. Обида или страх? Сложно понять. Как и сложно определиться, что делать: войти или убежать? Принять или отвергнуть настоящее? А самое главное - смогу ли я потом жить спокойно, утаив правду про Марусю? Что потом мне скажет дочка, когда вырастет и захочет узнать, кто ее настоящий отец?

Не знаю, сколько натикало минут, пока я принимала решение, что делать, но выйти из салона машины меня заставляет мелькнувшая в окне кабинета тень, а следом и появившийся силуэт.

.. Максима.

Сердце предательски пропускает удар, когда наши взгляды встречаются.

Мы стоим так почти пять минут, а я все не могу оторваться от его глаз. Даже на расстоянии я чувствую, насколько его взгляд цепкий, острый. Он будто пробирается мне под кожу, разъедая изнутри.

А потом рот Макса неожиданно искажает усмешка. И я понимаю: что-то изменилось. Он изменился. Лицо превращается в маску, на которой застывает выражение жестокого безразличия.

Я вдруг осознаю, что встреча не будет легкой.

Но...

- У меня нет выбора, - пикнув сигнализацией, бурчу под нос, направляясь в сторону здания.

Пока иду ко входу, чувствую на себе его взгляд, тяжелый, не выпускающий из виду ни на секунду. Временное облегчение испытываю лишь тогда, когда прячусь за стенами офиса. Будто под гипнозом подхожу к дверям лифта. Когда кабинка останавливается на этаже, а двери лифта разъезжаются, мне чудится, что это звериная пасть раскрылась передо мной. Стоит сделать шаг вперед - я пропаду.

Страх трепещет внутри, наводя на мысли о собственном бессилии.

И снова проскальзывает желание сбежать. И снова я себя удерживаю на месте, прилагая неимоверное усилие. Чтобы уже не свернуть, делаю шаг внутрь. Двери мгновенно закрываются за моей спиной, давай понять, что дороги назад не будет и я самолично подписала себе приговор, придя к Максиму на встречу.

В приемной меня встречает заплаканная Света.

- Майя Ивановна! Я правда старалась! - начинает девушка.

- Я знаю, Свет. - Подхожу к стойке вплотную, упираюсь о нее локтями, нависаю. - Не расстраивайся. Я во всем разберусь.

- Да поскорей бы уж.

А то все жданки поел, - раздается за спиной надменный, холодный, как сталь, голос Максима, и по телу невольно проносится табун мурашек, а память отбрасывает меня на семь лет назад. Когда-то я уже слышала этот голос. Голос Степана Геннадьевича. Страх сковывает ноги. Единственное, что я могу сейчас, - это крутануться вокруг своей оси, что я и делаю. И тут же сталкиваюсь нос к носу с Максимом.

- Интересно, в твоем офисе все такие же бездари, как и их начальство? - делает замечание мужчина, чем вводит меня в недоумение.