Моя дочь от тебя

- Ну, что стоишь пялишься? Помоги, - злобно рычит Сафронов, когда одевание неподвижного тела затянулось.

- Да, босс, - с готовностью откликается Николай.

Даша начинает приходить в себя, уже когда они едут в клинику.

- Как? - доносится тихое бормотание девушки до Сафронова, и он, повернувшись, натыкается на пустой, затуманенный взгляд Даши.

- Не ожидала, да? - скалится мужчина.

Даша дергается в сторону, но она настолько слаба, что у нее получается только шевельнуться и остаться на месте.

- Зачем? - бормочет потрескавшимися губами.

- Потому что я тебе сказал, Даша: ты больше себе не принадлежишь.

Теперь не принадлежишь. Ты сделала очень большую ошибку, когда пошла против моей воли."

"В салоне авто повисает молчание. От того как взгляд девушки меняется, выцветает, Сафронову становится душно, тесно. Удары капель дождя по крыше учащаются. Ливень набирает силу.

Степан Геннадьевич выжидающе продолжает смотреть на Дашу. Ему хочется услышать от нее слова мольбы о пощаде. Вымаливания прощения. Рыдание, в конце концов (до угроз в ее состоянии вряд ли могло бы дойти), но девушка упорно продолжает молчать, глядя на него пустыми глазами.

- Я не жалею о том, что сделала аборт, - вдруг выдает она и бессознательно проводит по животу рукой.

Мужчина, проследив за ее взглядом, гневно поджимает губы. Ему вдруг становится невыносимо мерзко от того, что Даша именно такая: эгоистичная, черствая. Да, ей плевать на всех. И ей никто не нужен. Она никого никогда не полюбит, кроме себя. Тут и гадалкой не нужно быть, чтобы понять это.

- Кто бы тебе позволил еще его сделать, - цедит босс в ответ на слова девушки.

- Что? - взволнованно произносит Даша. Глаза распахивает, уставившись на босса в недоумении.

- То есть вы хотите сказать?..

- Ты продолжаешь оставаться беременной, Даша. И аборт ты сделаешь только тогда, когда я скажу,

- отвечает на ее невысказанный вопрос Сафронов.

- Но этого не может быть. Я же видела... - не веря в услышанное, трясет головой девушка. - Вы! Вы не имеете права! Вы уже так однажды поступили с Майей. Я не хочу повторять ее судьбу. Не хочу!

- Так в том, что Майя убежала, виновата ты, Даша.

Сафронову приходится прикладывать усилия, чтобы сдержать эмоции. Как эта девка вообще может позволять себе разговаривать с ним в таком тоне?

- Да, - кивает Даша.

- И теперь сделала бы для нее то же самое, лишь бы она находилась подальше от вас и от... - Девушка прикусывает язык, но Сафронову и не нужно продолжения. Он и без того догадался, что она имеет ввиду.

- Вот значит как, - зло усмехается мужчина. - И чем же недовольна ты, моя дорогая? За Майю я бы мог еще действительно засомневаться. Укорить себя в том, что обошелся с ней грубо. А ведь это ты представила ее такой в моих глазах, разве нет? Но я тоже сглупил.