Моя фиктивная жена (СИ)

Где-то в невообразимой вышине разлился тонкий мелодичный звук — так бывает, когда идут морозы. Вроде бы еще и не холодно, и ты не веришь, что зима способна взяться за тебя всерьез, но потом слышишь этот звук и хочешь уйти в дом, развести огонь в камине и сесть в кресло, укутавшись в одеяло и взяв кружку чая побольше.

— Неважно, — ответил Анарен. — Неважно, мальчик это или девочка. Будем петь песни ему или ей, рассказывать сказки и катать на шее. Здорово, правда?

— Здорово, — согласилась я. Мы стояли на крыльце нашего дома, и это было очень тихое, трепетное чувство. Я держала его в ладонях и знала, что не выпущу, не потеряю, не растрачу. — А я никогда не думала, что у меня будут дети. Что я кого-то полюблю, выйду замуж. И вот…

Анарен обнял меня крепче. От его рук веяло надеждой, и я впервые в жизни по-настоящему почувствовала, что значит “быть как за каменной стеной”.

— И все началось с того, что ты решила искать работу в ювелирном магазине, — ответил он. — А зашла бы, допустим, в булочную, и мы бы уже не встретились.

— Встретились бы, — уверенно откликнулась я. — Все равно бы встретились, потому что это по судьбе. А против судьбы идти не получится, как не старайся.

— Отличная фраза, — одобрил Анарен. — Подари ее принцессе Эрне.

— Обязательно подарю, — рассмеялась я. — У писателей такие вещи не пропадают.

* * *Анарен

Отправка первых капель лунного серебра королю стала целым событием для Хаттавертте. Гномы устроили настоящий праздник — все нарядились в лучшие одежды, вынули из сундуков золото для кос и приготовили для капель изящный сундук с удивительно тонкой резьбой. Когда откидывали крышку, то из сундука летел мелодичный перезвон.

Все обитатели поселка собрались возле шахты, и вот удивительно, весь этот разномастый народ — жители Хаттавертте, люди, которые приехали в Северный удел к жиле лунного серебра, гномы — выглядел удивительно сплоченным. Не толпа, которую сюда смело невидимым веником и жаждой выгоды и наживы, а северяне, хаттаверттцы, те, кто любит это место и готов жить и трудиться среди снегов и сосен. Самые достойные гномы, среди которых Густав, отец Хельги, шел первым, чинным шагом прошли от шахты по поселку, неся открытый сундук, чтобы все смогли увидеть металл, который отправляется к королю и убедиться в том, что новая жизнь, хорошая и богатая, не за горами, а в руках, готовых трудиться. Люди радовались, аплодировали, кто-то даже бахнул хлопушкой. Я хотел было выпустить простенькое заклинание фейерверка, его используют, чтобы развлекать детей, но потом передумал.

Мало ли, решат, что ссыльный артефактор навел порчу на то, что попадет в королевские руки.